Монеты покинули окровавленную ладонь джаккая, разлетаясь в разные стороны, - тусклый свет башни отразился в каждой из них множеством мелких холодных бликов. Магия содержащаяся в крови отозвалась на волю своего хозяина, - заставив металл изменяться, терять привычную форму и распадаться на множество мелких частиц, - тех самых крупиц, из которых состоит всё вокруг.

  Жаль, что взрыва не вышло, - возможно, джаккай был не слишком талантлив, или же не всё решал слепой случай, желание и удача. Но вышло иное, так же оставленное в планах джаккая, - звон быстро сменился сухим шелестом, а пространство вокруг Гиса начало затягиваться серебристо-золотой взвесью, сквозь которую уже сразу же с трудом можно было различить очертания ближайших ящиков. Перед этим несколько монет с силой ударились о деревянные стенки, другие разлетелись по каменному полу, - отчего часть металлической пыли поднялась выше, закручиваясь в воздухе мутным облаком.

  Игрушечная пантера не издала ни звука, - её неподвижная фигура на крышке ящика постепенно растворилась за металлической завесой. На какое-то время красные бусины-глаза мерцали сквозь дымку ничейного богатства, - но вскоре и они исчезли из поля зрения, подёрнутого кровавой дымкой в глазах медийца. Однако магический туман не принёс с собой ожидаемого спокойствия. Где-то совсем рядом послышался знакомый сухой лязг, - словно несколько металлических деталей с силой соприкоснулись друг с другом, после чего что-то тяжёлое ударилось о дерево. Старые доски жалобно скрипнули, где-то просыпалось что-то сыпучее, а треск ознаменовал, что что-то, державшееся на последних гвоздях, с грохотом развалилось.

  Когда же серебристо-золотая взвесь начала оседать порошком на всех плоских поверхностях, на прежнем месте пантеры уже не оказалось. Лишь несколько свежих царапин на дереве указывали на то, что там совсем недавно находилось нечто весьма недружелюбное. Впрочем, далеко игрушечный монстр уйти не мог. Из-за соседней груды мешков, примерно в нескольких шагах от прежнего положения, вновь показалась чёрная тряпичная голова с двумя неподвижными красными бусинами вместо глаз. Пантера лежала почти вплотную к мешковатой поверхности, прижавшись к ней всем телом, - и теперь она наблюдала за джаккаем уже с другого угла, ожидая финала его агонии.

  Но куда любопытнее, - если можно было так сказать, - оказалось другое. Из глубины нагромождения ящиков донёсся ещё один звук, на этот раз не похожий на движение мягкой игрушки. Тяжёлый металлический предмет проскрежетал по камню, остановился, а спустя мгновение последовал ещё один негромкий скрежет, словно кто-то пытался сдвинуть с места нечто весьма массивное, - или же залезть куда-то. И если пантера действительно была единственной опасностью на этом этаже, то происходящее начинало выглядеть несколько странно.

  Впрочем, прежде чем ситуация успела окончательно разрешиться не в пользу одноухого искателя приключений и стать ещё хуже, сверху раздался оглушительный грохот. Каменная кладка потолка затрещала, по стенам побежали тонкие трещины, а следом вниз обрушился целый дождь из обломков, щедро осыпавший и без того изрядно пострадавший склад древних времён, рассыпанные повсюду сокровища и всё пространство вокруг джаккая. Несколько особенно крупных кусков с тяжёлым стуком ударились о пол, поднимая густые облака пыли, а в образовавшемся проломе показалась человеческая фигура. Впрочем, падать вместе с камнями незнакомец совершенно не собирался: в последний момент за его спиной материализовались широкие серые крылья, густо покрытые перьями, которые раскрылись, замедляя снижение, и почти сразу же исчезли без следа, стоило колдуну мягко опуститься на крышку одного из ящиков рядом с Гисом.
  - Mwana wamkazi wa kapolo ndipo khoswe wa m'nkhalango! - сразу же донёслась непонятная уху витеватая речь, полная тянущихся звуков.

  Это был Примо. Тот самый гладковыбритый колдун, с которым джаккай уже успел провести немало времени на пару этажей выше, выслушивая рассуждения о свободе, выборе, магии и прочих вещах, которые тот, судя по всему, считал достаточно важными, чтобы регулярно возвращаться к ним в разговоре. Правда, нынешний его внешний вид несколько отличался от того, к которому Гис мог привыкнуть за время их недавнего знакомства. В этот раз он предстал облачённым в нечто кожано-костяное, напоминающее мантию или халат, - с уже оторванным рукавом и опаленной грудью, - причём большая часть одежды и открытых участков тела оказались ещё и забрызганы кровью. Откуда именно она взялась и кому принадлежала, оставалось отдельным вопросом, который Примо, судя по всему, не спешил пояснять, понадеявшись, что уж кто-кто, а Гис догадается из чего, а точнее - из кого, все это было сделано.
  Его разноцветные глаза тем временем уже выцепили среди обломков и металлического богатства знакомую фигуру Одноухого, задержавшись на многочисленных ранах и крови, которой тот успел испачкать окружающее пространство не меньше самого Примо.

  На лице колдуна появилась широкая, почти мальчишеская улыбка, совершенно не вязавшаяся ни с его окровавленным видом, ни с обстановкой, в которой он обнаружил своего недавнего знакомца. Казалось, увиденное его скорее позабавило, нежели обеспокоило, - хотя взгляд всё же задержался на повреждениях джаккая чуть дольше обычного. Немного склонив голову набок, Примо окинул Гиса ещё одним оценивающим взглядом, -будто он видел состояние не только самого джаккая, но и его оставшиеся пункты здоровья и маны, - и, наконец, заговорил, не скрывая веселья в голосе:
  - Ты тут что, сдохнуть собираешься, wamatsenga wachinyamata? После такого чудного ритуала? - спросил он, словно встретил старого приятеля за совершенно обычными обстоятельствами, а не посреди разгромленного яруса башни. -И пусть он прошёл не совсем так, как надо, но ведь прошёл вполне себе успешно! И я ещё даже не успел отплатить тебе за свободу. -
  Произнеся последнюю фразу, колдун перевёл взгляд на окружающие ящики и мешки, задержался на россыпи монет, составляющие ложе Гису, а затем, кажется, заметил и нечто ещё, находившееся неподалёку. Впрочем, улыбка с его лица никуда не исчезла.
  - Ты же в курсе, что тебе надо было бежать наверх? - произнес он дальше - Я же вроде говорил тебе, что выход наверху. -

игровое

жизнь-1 мана-1