- Да, ты довольно живучий - согласился капитан, взяв лошадь за уздцы, хотя теперь она шла уже нормально.
Возможно, решила что просто наступила ночь. А, так как ее вели, было не так страшно, ведь она была приучена к руке владельца.
- Или это ваша высокомерность. До последнего отрицать проблему. Ведь если ее разрешишь, то значит подтвердишь свою правоту. А если окажешься неправ и погибнешь, то тебе уже не сказать, что ты был неправ -
- Стрела была отравлена, не так ли? - вклинился в их диалог Саннел, между делом забравшийся на пустующие возницы.
- Отравленные стрелы. Копья, смазанные ядом. Мечи, оставляющие осколки. И кинжалы легко ломающиеся при нажиме - продолжил мысль горбун, аккуратно поджигая щепкой от одного фонаря, висящего на боку фургона, другой, у себя в руках, с разбитым стеклом - Каковы шансы, что противоядие сработало бы? -
- Мне дали его в поселении, наемник - Фредерик обернулся на Абастио, посмотрев на того с прищуром - Ты что-то хочешь сказать? -
- Нет, сэр капитан. Просто глупые слова глупого калеки кхе-кхе - изданные звуки смешков наполовину с кашлем почему-то решили разнестись эхом по ущелью. Не смотря на то, что остальные звуки, наоборот, как будто глушились - Просто стараюсь не падать духом -
- Пойду проверю, что там впереди - решил сменить тему медиец - Не угробьте лошадь. Тут у нас все припасы -
- Фонарь? - Саннел даже наклонился, чуть было не упав со своего места, как будто стараясь услужить, извиниться перед командиром, отчего огонек заколыхался и чуть было не потух.
Желтый и дрожащий свет выхватил из полутьмы тонкие, выверенные черты его лица. Высокий лоб и четко очерченные скулы отбрасывали резкие тени, делая лицо старее и более хищным, чем обычно. Кожа казалась почти бледной, с холодным оттенком, а тень от прямого носа ложилась узкой линией, придавая облику сдержанный намек на аристократичность. Тонкие губы, сжатые то ли от напряжения, то ли от привычки держать себя под контролем, казалось, должны были сейчас разомкнуться, чтобы разразиться гневной триадой. Но капитан промолчал. Лишь глаза отражали живой огонь фонаря, что вновь стал ровным и не колеблющимся.
- Не откажусь - сказал он, наконец, сухо, не вызвав даже колебания света, принимая в руку вновь затрепещущий от движения воздуха огонь и быстрым шагом ушедший вперед, оставляя после себя лишь только сильный запах лекарственных трав.
- Как думаешь, каковы шансы выжить в этой заварушке? Я бы не поставил и медяка - покачал головой Саннел, когда капитан скрылся за передним фургоном и огонь его фонаря отдалился достаточно далеко, чтобы не слышать его негромкий голос.