Отказ поделиться историей о том, как нашли заключённого Стража, неожиданностью для окрылённого не стал. Единственной загадкой здесь была бы разве что причина - была замешана там неудобная правда или же у могучего крестьянина попросту закончилось терпение? Как бы то ни было, разговор с ним теперь был окончен, и близилось время расставания. Пусть и на один день.
- Х-хорошо. Спасибо, - почему-то демон был уверен, что своё слово поборник Медведя сдержит. С такой силой, что тот уже показал, не было нужды ни подкрадываться, ни хитрить, ни бить подло в спину. Поэтому все обманные манёвры оставались стороне Каргова, на его золотисто-жёлтый взгляд.
Шалгеззаар с благодарностью кивнул дервишу, пока тот спешил к своему ходячему дому за очередной полезной штучкой. Наверняка каждая из них была занесена в журнал учёта или каталог, либо Али Мухиддин Хаджи Бекир обладал просто феноменальной точностью памяти. А также и немалым богатством, раз столь пугала угроза пошлины в зависимости от ценности его груза. Наверное, выигранного жалования бывшего капитана не хватит и на десятую долю её…
Перепончатые крылья вновь сжали свои длинные тонкие пальцы, не давая морозу совсем обратить кровь в недвижимый красный лёд. Чем бы ни были Огненные Специи (а памятуя те блюда люксарской кухни, что демон уже пробовал, там могло быть что-то близкое к плодам боевой алхимии), если они помогут согреться и не превратиться в одну из замёрзших когда-то живых статуй, можно было и рискнуть пригубить отвар. В крайнем случае выпадет возможность подышать огнём. Судя по огневикам, способность довольно занимательная.
Да и местами практичная: когда заканчиваются аргументы в споре, просто окатить соперника волной пламени из пасти. Вместо тысячи глупых слов. Даже странно, что Зар не мог сходу припомнить таких случаев на своей памяти. Может быть, проводил с огневиками недостаточно времени, либо те, с которыми свела судьба, были слишком юны или хорошо воспитаны для подобной агрессии. Бедолага Умбрис ещё и магически своего внутреннего огня какое-то время был лишён… Вот кому могли бы помочь Огненные Специи. Да и в целом дьявола щепотка южной приправы могла порадовать.
Окрылённый вздохнул, мыслями вернувшись к той небольшой демонской общине, что осталась в окрестностях Ард-Геллира. Местная Стужа, если решит распространяться дальше в сторону Фрагарии, их явно не порадует. Кто-то, конечно, мог бы решиться примкнуть к столь обширному источнику силы, как Страж Медведь, но последствия ничего хорошего не сулили. Даже если избежать участи стать одним из ледяных чудовищ, тут же появится очередь из новых врагов, от Боббинберга до подручных Каргова и местных ворсов. А если встать на их сторону, противником уже будут гиганты подлунного мира наподобие Силантия, способные сдуть армию своей метелью. Скверное положение, с какой стороны ни посмотри. И даже если не приводить на север никого из обездоленных сородичей, что могло стать лучшим исходом для них… К чему тогда были странствия самого инфернального переговорщика по Нирвену? Другой цели, возможного исцеления для Низзерии, он ведь тоже не достиг пока что. Просто трата времени и себя как будто бы выходила.
За этими невесёлыми мыслями демон рассеянно слушал исповедь Кальвина, перетекающую в новую перепалку проводников. Те явно знали друг друга не первый год и даже не десяток, дружеский мордобой, пусть и существовавший в виде намёков, возникал не сразу. Как и стремление поддеть другого.
- Извинения п-приняты, - Шалгеззаару казалось, что пресловутая гармоничная простота сейчас была лучшим исходом. Да и слова вновь начинали даваться ему с трудом от потрясений и усталости, грозивших завалить его не хуже сошедшей с гор лавины.
Интересно, считалось ли истощение опасностью для связующего амулета? Зар, следуя примеру Лето, надел свою половинку и пригляделся к металлу. Хотя из-за чёрной ткани его мантии любая полированная поверхность будет выглядеть тёмной.
”Хм, будем ли мы обмениваться и воспоминаниями, интересно…”
Насколько ему позволял сказать опыт, для наложения личностей или ощущений требовалось магическое связующее звено. С Сандрой им выступила сфера, заряженная молниевым колдовством. Тут же могла сработать сама суть зачарованного предмета. Пусть весть с его помощью и не получится послать, скорее всего, можно будет при необходимости отыскать Лето за счёт связи медных половинок.
- Благодарю. Н-нам это очень п-поможет, - челюсти всё порывались стучать зубами, пока пепельный странник силился держать свои рефлексы под контролем. Но на морозе в одних только мантии и сорочке стоять становилось труднее и труднее.
Не Силантию, конечно. Тот внутренне наслаждался холодом, а вот средства согревания не слишком жаловал. Боялся подтаять? В воспоминаниях была неприязнь к теплу солнца, но было ли это страхом перед опасностью, Зар не мог утверждать. Это ведь и чувство противления могло быть, “любой” холод и дыхание Стужи включало. От него одной фляги чудесного средства было маловато.
А сейчас, смотря на демоницу в его шубе, внутренности Шалгеззаара скрутило от чьего-то леденящего касания, не имеющего общего с морозом вокруг. Нехорошее такое предчувствие обосновалось.
- Взаимно, Лето… Я т-тоже рад, что уз-знал тебя, - снова разлука с кем-то тёплым. Благо, он знал, что стоило делать в такой ситуации.
Окрылённый сделал решительный шаг в сторону сестры по крылу, прикрывая притихшую на груди виверну собственной перепончатой конечностью, и с широко раскрытыми руками заключил её в крепкие объятия. Не слишком долгие, чтобы не смущать демоницу сильнее обычного, но достаточные, чтобы передать шёпотом сообщение:
- Если б-будет грозить опасность, улетай н-немедля. Я найду тебя.
Тот самый, фирменный оскал рептильей морды вернулся на неё, ободряющая искорка на фоне грядущей тьмы долгой зимней ночи. И дополнил его тихий звон, с которым Зар легонько стукнул своей половинкой медного амулета о другую.
- Береги с-себя. И до встречи, - последнее предназначалось и Силантию. Не стоило сомневаться, что завтра они действительно увидятся.
Взмыла снежная завеса, словно кто-то смахнул крошки со стола пирующих богов, и причудливая двоица пропала. Точно так же слетело и подобие улыбки с длинной морды демона, пока он, сгорбившийся и с потухшим взором, вглядывался в тёмную пустоту нирвенской непогоды. Солнце ещё и не думало показываться, власть Стража Медведя и Стужи оставалась неоспоримой.
И судя по разговору вокруг, холод внутри поселился не у одного Зара. Даже повод был похожий, запомнившаяся демоница ветра.
- Пацифистом? Не л-летописцем ли? - странно было бы встретить двух разных миролюбивых невысокликов подряд в этом суровом северном краю. Тусклые жёлтые глаза переводили взгляд с одного проводника на другого. - Хррм… Мне жаль. В-вижу, что Кая была дорога вам. Память сохранит её.
Сколько лет проводники знали друг друга? Как получилось, что они попали в эту расселину между мирами? Медийцы рассказывали истории о призраках, неупокоенных душах, и посланцы Каргова напоминали их довольно сильно. Были ли они прокляты? Пополнят ли избранные - кем бы то ни было - их ряды когда-нибудь?
Столько вопросов, а ответы лишь в Цеп-Хе ожидаются. Как, видимо, и наследство демоницы, что дралась за тысячу сородичей. Подопечный же её при этом канул в историю, не оставив даже имени. Лето они собирались забыть точно так же.
- С-сколько… Скольких вы уже потеряли? - в голосе окрылённого не было обвинения, сугубо сухой интерес. Даже в жёлтом взгляде не было ни яда, ни желчи, ни враждебности. Одна усталость, присущая пешке на колоссальной доске высших сил. - И посмотрите, что т-там со Стомпом. Должен б-был до остальной армии уже дойти.
Больше вопросов к упитанному ангелу у Шалгеззаара не было. А вот к крепко сбитому люксарцу - очень даже имелись.
- Да, м-можем вернуться. Но прежде я с-спрошу, - окрылённый открыл флягу с согревающим отваром и протянул её дервишу, - разве не должно гостю разделить питьё с х-хозяином? Этот холод не жалует и в-вас, Али Мухиддин. Выпейте тоже, и перейдём к колоссу.
Изрыгать огонь люксарец, конечно, не станет, но первый слой остроты скорее всего снимет. К тому же, невежливо будет заставлять его мёрзнуть, когда под рукой есть чудодейственное средство от подобной напасти.
- Что до с-северной девы… Я добыл д-денег и статус дипломата. Податей не будет, если к-колосс поможет убедить цирк пойти с армией. Я буду с-стараться договориться без него.
Когда очередь пить настой на Огненных Специях дойдёт до Шалгеззаара, тот тяжело вздохнёт, взглянет на поверхность жидкости и сделает глоток с тостом без ответа:
- За Каю.
Эра Медведя
Сообщений 231 страница 240 из 242
Поделиться2312025-12-23 19:08:09
- Летописец
- Откуда: Таталия
- Зарегистрирован: 2015-04-15
- Приглашений: 0
- Сообщений: 637
- Уважение: [+39/-0]
- Позитив: [+42/-1]
- Пол: Мужской
- Возраст: 30 [1995-06-14]
- Провел на форуме:
27 дней 5 часов - Последний визит:
2026-01-16 16:17:31
Поделиться2322025-12-24 21:51:22
Наверное было даже хорошо, что Корь перешла в то состояние, в котором находилась на данный момент. В борьбе с чужой яростью внутри, и своей собственной снаружи, Хору вероятнее всего не справился бы. Но сейчас, учитывая, что после его знакомство с Феро не прошло и часа, он очень не плохо справлялся. Даже хорошо. Очень хорошо.
Разумеется спонтанные заклинания создавали огромные проблемы, и тратили драгоценные силы, но неудача была намного страшнее. Сейчас, Хору мог позволить себе восхититься магией света и пламени, держа в рука настоящее копье, и будучи не занятым такой важной вещью как неумирание.
«Фантастика, стихия обращенная в материю… за столь малое количество магии… я даже в теории не могу представить каким образом это может происходить! Может быть это сигнальное заклинание, что призывает артефакт из арсенала, который и берет на себя все затраты на телепортацию? Нет, это просто до вульгарного затратно, должно быть что-то иное...»
Увы, Хору не с кем было обсудить столь поразительный феномен, а маленький демон в его компании не мог даже понять, на сколько чудесное заклинание сейчас спонтанно сотворил джаккай. А вот её отец… наверное в последствии следовало бы избавиться от этого оружия?
Хору не дали поразмыслить. Избежав внимания его, охотницы за сокровищами и даже проводника, кто-то метко всадил в джаккая стрелу.
Хору даже не успел понять откуда, и не успел сотворить защитные чары и покрыть свой густой мех ледяной коркой. К счастью между ним и второй стрелой, встала корь, подарив волшебнику драгоценную секунду, и дав издать болезненный тихий рык, когда панацея отозвалась ударов в его раненом теле.
«Сердце… Когда Панацея наконец начнет выполнять свое предназначение!?» Мысленно сетовал джаккай, обращаясь к искре, но его вниманием мгновенно завладел другой фактор.
Джаккай узнал стрелу и оперение. Такие в множестве торчали из айзенскальских солдат, перед тем как скорняки забирали тела, что бы оправдать свое название. Кто это мог быть? Обиженный соратник? Человек, что хотел отомстить за кого то очень близкого, и просто забрал стрелы с тела невезучего партизана? Гнев и ярость заглушили боль, а боевой опыт требовал немедленных решений.
Кем бы не был стрелок, он обладал исключительным талантом к скрытности, если два опытных расхитителя гробниц не смогли заметить его. А Кори даже пришлось поймать стрелу.
Почуяв как Тунец сорвалась с места, Хору решительно развернул её по направлению к стрелку, плавно но твердо потянув за гриву — Марш-Марш! — рычал он, перейдя в галоп, понимая, что игру в прятки с таким соперником он не выиграет если дать ему убежать и устроить новую засаду.
Повинуясь мысленной команде, Приятель искря молниями ринулся в атаку сверху, рассчитывая не дать врагу выстрелить снова или сбежать.
Сам же Хору освещая себе путь огненным копьем надеялся максимально сократить дистанцию.
О кавалерийской атаке Хору знал по большей части только в теории, но и грозное ангельское оружие в его лапах было большей частью отвлекающим маневром, который он легко отбросит если придется. Хору решил ударить стрелка своим тайным козырем, который берег для своей вылазки за волшебным ключом для феи, и сейчас у него достаточно сил для того, что бы этот козырь был подобен удару молота.
Вне всякого сомнения тот кто проделал за джакаем такой путь, испытывал к нему определенные эмоции и они то выдадут джаккаю и его новому глазу местоположение стрелка. И заметив его, Хору не пожалеет магии, что бы сокрушит разум врага мрачной, рычащей, не терпящей препирательств командой
— З а м р и — запустив слово прямо в разум цели, меж полушарий мозга, словно это был тяжелый снаряд. Слышимое, будто бы песня кита, через толщу воды. Песня, за которой следовал удар плоским носом многотнной касатки. И как под водой, пришедший удар не рассеивался, как импульс привычного ледяного снаряда, что передавался телу, передавая ему ускорение, и растрачивая, рассеивая, теряя силу. Разуму, куда слабее связанному с окружающим миром привычными законами, надлежало принять весь объем прилагаемой магии, словно это был гвоздь на наковальне. Такой объем маны вероятно мог бы вызвать помимо всего прочего, головокружение, тошноту, и разумеется сковывающий страх. Но джаккай не хотел оставлять врагу шанса, совокупность всех полученных им ран была очень серьезной, а зелий у него не было. Никаких вторых шансов и упований на пощаду или милосердие.
Обездвижив цель, Хору рассчитывал, накинуться на врага и повалив скрутить его. Приятель поможет с этим, дав противнику несколько воспитательных разрядов в шею.
Джаккаю без сомнения было бы интересно встретиться мордой к морде с тем, кто хотел убить его, если это был скорняк. Посмотреть в глаза, и затребовать ответа «Почему?». Он не был дезертиром, и объявил о своем уходе лично Даблфангу. Он отдал свой нож, не говоря о том, что его не особо жаловали в отряде, даже не смотря на очевидную полезность. Возможно именно это желание и банальная неопытность приведут к тому, что Хору забудет закрыть свой третий глаз, и возможно слишком глубоко залезет в разум своей жертвы не считаясь ни с какими границами или приличиями. В конце концов сдержанность в вопросах получения любых тайн была Пушку совершенно не свойственна. Комбинация данной феей силы, и собственных познаний в магии воздействующей на разум, могли дать самый неожиданный, но почти наверняка взаимодополняющий эффект.
(Запугивание и гипноз - трата маны 8)
Поделиться2332025-12-29 19:53:00
- ГМ
- Зарегистрирован: 2012-06-29
- Приглашений: 0
- Сообщений: 1123
- Уважение: [+76/-1]
- Позитив: [+76/-0]
- Пол: Мужской
- Возраст: 34 [1991-09-11]
- Провел на форуме:
1 месяц 0 дней - Последний визит:
Сегодня 00:21:27
Гривастый демон не отверг помощи. Сгата давно не занималась ничем физическим, по сути лежа, сидя или немного ходя. И мышцы стали затекать. Гривастому было не обязательно знать, что Сгата делала это больше для себя, нежели для него. А вот выглядел он так, будто она у него работу отбирала. Она же не работала вместо него - она работала вместе с ним. Хотя, может, у капитана-рыбы тут всех кто не отработал норму выкидывали в море. Кто их знает этих странных медийских демонов.
Переложив пару-тройку толстых веревок, что выдержали бы и пару таких как она, демоница наконец ощутила, что сила в лапах еще осталась. И Синдел ее не покинул, не смотря на то, что она покинула Ад.
Хотя тут тоже походило сильно на Ад.. сильные заставляли работать слабых, отчего сильные становились слабее, а слабые сильнее. Если бы не магия, то Смерть бы давно всех уравнял.
Похрустев суставами, демоница все же, с ...два.. семь.. три в четвертой.. какой-то там попытки.. смогла добраться до играющих в кости. К тому времени атм остались лишь те, кто не смогли убежать и те, кому нечего было делать.
Варакса в своей обычной манере начала сыпать приказами.. где-то в глубине того, что заменяло демонам душу, Сгату это бесило. Азартные игры были одним из немногих развлечений в Аду, которые не были связаны с драками и киданием грешников в лаву. И играть по принуждению.. было.. Медиас преподносил Сгате те события и поступки, что отсутствовали в ее словарном запасе.
- Так как надо собирать демона воздуха? -
- А чем отличается вот эта штука от этой? -
- А зачем эти точки? Как вы их различаете? -
- А где Смерть? А Цербер? А почему? -
- А что надо кинуть, чтобы выиграть? -
- Зачем так сложно? Кто придумал эти правила? Воздушник? -
- Почему точек для демона воды нужно больше, чем для демона земли? -
- Их же не надо соединять? -
- А сколько раз надо бросать? И как запоминать что уже собрал? -
- Ты же придумываешь правила на ходу, да? -
- А.. Э.. да? -
- Ты сама умеешь в нее играть? -
- Моя глова это не мочь.. -
- Ну так бы сразу и сказала -
Кое-как освоив правила игры, что точно не станет ее любимой, Сгата прослушала короткую лекцию о денежной системе. Оказывается деньги требовались не персонально для Смерти как стоимость проезда. Нет, в верхнем городе гады, что руководили Темноградом какую-то штуку вводили для расчетов. Но чаще всего шел именно обмен. Вещь на услугу, жизнь на служение, колдовство в обмен на зелье, труд на выпивку. Вроде все было легко. Если обоим нужно было что-то и отобрать было невозможно или не стоило того - менялись, пока не сходились.
- А зачем ловить больше чем нужно? - возник вопрос, но повис в воздухе разыгранной сценки Вараксы и Вискера, что ее продолжили запутывать.
Как можно было купить все что угодно, но не все что угодно? Значит не все можно было купить за деньги. Но почему тогда можно их было обменять на все что угодно? Или нет? Или да?
Хотя ее последняя авантюра все-таки была из раздела "ловли огромного количества крабов". Надо было думать, что большая награда не могла быть за простой хвост. И она бы так не попалась.
- Тебя будут ломать и перешивать, не давая умереть, пока ты забудешь кто ты. И лишь в кошмарах будешь видеть свою прошлую жизнь, просыпаясь и не помня отчего тебе плохо -
Сгата на миг даже отдернула лапу от баргеста. Затем поднесла снова, но странного ощущения не повторилось.
- Какой еще поцелуй? - опешила Сгата, только уложив в голове правила игры и правила денег. Даже протянув лапу старой демонице, просто плохо понимая происходящее, пока вникала. К старым демонам Сгата относилась более-менее нормально. Все же доживший до старости демон должен был быть достоин уважения. Столько прожить, столько драк пройти. Синдел ограждал, не иначе. А кто она такая, чтобы идти против воли Отца, что позволил своему отпрыску дожить до старости, а не сдохнуть где-то в канаве или от ангельского клинка?
Вообще в Аду играли на все. Как бы у демонов с низов построенной Триумвиратом иерархии мало что было. На красивый камушек или на вещь отобранную у грешника. На интересный слух и на красивый фокус. На собранную тину помогающую от порезов и на слезы девственницы. Кто на щелбаны, кто на подзатыльники. Были и пари на то что проигравший пробежит двадцать кругов по Казенной площади или снимет перед всеми штаны. Причем на такое играли не только мелкие - многие взрослые демоны оставались внутри такими же. Азартными и ничего не имеющими.
Конечно, Сгата мало от них отличалась. В самые тупые игры не лезла, а так была не прочь покидать кости. Особенно, если мало чем рисковала. показать голую задницу? Ха, как будто никто не видел голых задниц. В Аду. Кто поверит? Такая ставка была вообще ни о чем. Примерно такой же смысл играть на то чтобы соперник оголился - тут уж смысл был больше опозорить его, если его это как-то стыдило. Иначе.. но на поцелуй точно не играли.
- А деньги для чего тогда, если их можно получить за крабов и купить на них топор? -
Хотя тем хуже для капитана-рыбы. Ее ставка проигрывала в разы тому, что могла выиграть Сгата. Она уже была готова бросить свои кости, для этого использовав обе лапы, чтобы потрясти их в стакане. Но вновь.. уже.. пять.. три.. какая-то попытка отвлечь ее от игры. Возможно, Отец пытался уберечь от игры, посылая препятствия ей на пути? Сгата была не настолько верующей, чтобы верить что все случается по воле Синдела, но тут явно было не спроста. Самое время проверить.
Воздушник. Но не из тех, что командовали, а самый что ни на есть опущенный. Таких даже было жалко. Не в смысле воздушников, а тех, кто попал в рабство. Но тут уже твоя вина. Сам попал - сам и выкручивайся. Пусть и методы Вараксы и тут были ужасны и.. до боли знакомы.
Так плохо относиться к рабу - не ценить себя. Сдохнет или перестанет выполнять свою задачу - кому он такой нужен будет? В трущобах хватало калек, которых вышвырнули сверху, когда они перестали приносить пользу. Кому нужен однолапый, хромой, слепой, уродливый, впадающий в берсерк от травмы головы, с переломанными ребрами? А в трущобах ты либо выживаешь, либо дохнешь, либо попадаешь к Архитекторам плоти. А это немногим лучше смерти. Сгата не вникала сильно в политику, но даже она подмечала что слишком много демонов и грешников стали попадать в их загребущие лапы. А для чего.. было точно не ее ума дело.
Впрочем, игра.. пока правила нее вылетели из головы вместе с холодным ветром и ненужными словами оскорблений, которыми Варакса не стеснялась покрывать всех и каждого, кто мог двигаться хотя бы в теории.
- Ну его. Как по мне, лучше бы он меньше жрал. Все воздушники тощие дрыщи. Оттого и летают. А летать не сможет вообще толку не будет - произнесла в принципе логичные вещи демоница, мысленно принеся хвалу Синделу, что избавил Ад от необходимости есть и пить - это бы сделало выживание таких беспризорников как она вообще нереальным, если бы каждый день приходилось еще искать что пожрать, ставя стакан с костями на бочку, услышав хруст деревянного стакана - не стоило его так сильно сжимать. А то раскрошится как кости в костедробилке.
- Играем -
Поделиться2342026-01-03 19:43:55
- Задняя Нога Коня
- Зарегистрирован: 2012-05-17
- Приглашений: 0
- Сообщений: 4508
- Уважение: [+454/-6]
- Позитив: [+480/-13]
- Пол: Мужской
- Провел на форуме:
3 месяца 2 дня - Последний визит:
Вчера 21:00:37
Шалгеззаар
Обьятия Лето перенесла плохо. Взяла, и потеряла сознание от переизбытка чувств, и пришлось Силантию тащить ее с собой на руках. Кальвин озадаченно пробормотал
-Когда они успели так подружиться? Хм.
Клео и Корве комментировать это не стали. Толстокожей Клео, привыкшей в амурных делах использовать грубую силу, было глубоко наплевать на подобные вещи. А вот Корве озлобленно надулся, превратившись в комок токсичной ревности. И все же, свое место на плече ящера он занял. Его утешали слова Кальвина насчет того, что Лето живой из логова культистов не выберется.
-Да – осторожно кивнул ангел на предположение демона – именно летописцем.
И больше ничего. Многоречивый толстяк вдруг стал мрачным и сосредоточенным. А потом просто исчез, оставив демона на черепаху и фея. Так что на вопрос про потери пришлось отвечать им. И сразу стало ясно, что тема эта для них ужасно неприятная
-Я расскажу, клянусь… Но чуть позже, хорошо? А то мы уже долго тут торчим, а на ходу такие вещи рассказывать просто неуважительно по отношению к павшим – неловко отведя взгляд прошептал Корве, и Клео поддержала его кивком:
-Эта не из тех веселых историй, что я люблю рассказывать. Ты имеешь право знать, но нам это будет не по нутру.
Когда Зар решил поделиться предложенным напитком, Али всплеснул руками, поражаясь щедрости чешуйчатого.
-Золотой Ящер свидетель, ты – украшение всех земель и климатов от океана до океана! Забудем же обиды, и разделим питье как братья не по крови, но по дороге!
Толстяк отхлебнул из фляжки и, расплывшись в улыбке, вернул ее демону.
Попробовав, Зар обнаружил, что содержимое на вкус было действительно довольно пряным, но не настолько острым, чтоб начать дышать как демон огня. По телу разошлось тепло, и очень скоро холод почти перестал ощущаться. Больше никаких побочных эффектов не последовало. Разве что Корве покачал головой с осуждением, все еще не желая отрекаться от своей параноидальной мысли о коварстве южанина.
-Наверняка он заранее выпил противоядие… Или просто усыпляет твою бдительность.
-Могучие Эмиры Гильдий Специй повелевают бурной торговлей и алхимической магии, направляя их потоки на благо страны и веры в самое сердце Люксара. Их власть беспредельна, уступая лишь власти Визиря Золотого Ящера, и у каждого из четырех есть свои собственные богатые фактории, колонии в далеких сказочных землях, огромные флоты быстроходных кораблей, бесчисленные караваны, превосходно вооруженные и экипированные армии златочешуйчатых Янычар и непобедимые легионы големов, попирающих твердь земли в великой силе и мощи, воплощение научного гения и магического могущества Люксара. Каждая гильдия создает специи определенной стихии, творя в Дворцах Сфер воплощая великое колдовство в шедеврах алхимии и кулинарии, в создании големов и янычар, наделяя живых существ силами своего элемента… Специи являются фундаментом и основой владычества Эмиров, в великой тайне и под строгим контролем выращиваемых на плантациях Беспокойных Островов. Мой орден закупил большую партию, чтобы продать их с прибылью здесь, поскольку Гильдия Специй Огня занята войной с пиратами на Побережье Оков и защитой своих колоний, и до Нирвена им пока дела нет… Ты ощутил лишь малую толику могущества алхимической магии Эмиров, и поверь моим словам, тебя ждет еще больше чар специй в нашей фактории в славном городе Искрастень…
Али рассказывал с удовольствием, гордый и заключенной сделкой, и могучими магами своей родины. Проводники слушали его болтовню с раздражением, недовольные очередной заминкой. Словно ощутив это, дервиш поспешно двинулся к своему передвижному дому. По пути он даже и не думал замолкать.
-Я видел твою победу, и это была битва, достойная величайших героев древности! То, что она принесла тебе власть и влияние, разумно и хорошо. Но исход злоключений с этими сынами и дочерями грабежа уже не столь радует мою душу… - хорошее настроение торговца резко улетучилось, когда он услышал последние слова демона – да будет тебе известно, о Шал, что наш орден избегает вступать в какие-то ни было конфликты, и к насилию прибегает только для защиты собственного достояния или по указу Визиря. В это же удручающей ситуации просто одним присутствием я поддержу одну из сторон спора, нарушив наш извечный нейтралитет… Бандиты или циркачи! Поистине, что те, что эти кажутся крайне неприятными спутниками для мирного купца! О, нет-нет, Шал! Я не виню тебя! Ты сделал что мог. И вариант платить разбойникам столь же ужасен, как помощь им в ограблении циркачей… Этот все напоминает мне историю о рыбаке, спасшем злокозненного дэва, который в награду предложил ему выбрать смерть, которой его убьет. Видит Золотой Ящер, я бы предпочел не выбирать вовсе…
Али замолчал, погрузившись в невеселые раздумья. И вышел из них только достигнув отряда джаккаев, терпеливо ожидавших своего нового капитана. Им было ужасно холодно во всем их железе, но виду они не подавали. Дикогрив подошел к Зару, вытянувшись по стойке смирно.
-Какие будут приказания, капитан Шал?
-Неисчерпаемы чудеса подлунного мира, и даже прожив тысячу и один год и обойдя весь мир не познаешь и малой их доли! – всплеснул руками дервиш, глядя на джаккаев и на Зара распахнутыми в безмерном удивлении глазами.
Сгата, самая удачливая девочка Ада
-Ай, разберешься по ходу – вдруг резко передумала учить премудростям медийской жизни Сгату Варакса – зачем много крабов ловить, отчего дождь идет, почему ветер дует, и откуда берутся дети. Ничего своего опыта не заменит… А мать моя была демоном воды, как и я. Хотя опять же, не верю, что она игру придумала. Максимум, добавила какой-то хуйни, чтоб усложнить, она это любила... Ладно. Играем! Поцелуй на желание. И да, ставка равнозначная, просто я свое желание говорю сразу, поняла?
Акула тоже уже хотела покидать кости. Глаза ее светились азартом.
И хоть первый бросок еще не был сделан, к играющим начала подбираться толпа скучающей матросни. Впрочем, новая забава не помещала им продолжать издеваться над Хефти, закармливая его сырой рыбой. Воздушнику становилось все хуже, но никто и не думал прекращать экзекуцию.
-Не сможет летать, и хуй бы с ним. Полетит тогда за борт – мимоходом дернула плечами Варакса – ты что, думаешь эта котлета такая великая ценность для меня? Так, игрушка на пару вечеров… Не обращай на него больше внимания. Он постоянно хнычет
И начала сосредоточено трясти стаканчик с костями.
-Послушай, малышка – вновь обратилась Лаш к Сгате, чуть касаясь ее лапы, примерно прикидывая ее размер – Я тут вспомнила кое-что... Пересядь на другое место. Просто ты заняло место другого матроса, он уже скоро придет и наверняка рассердится.
Сагата почувствовав легкую боль. Кажется, старуха случайно ее царапнула когтем.
-Во дела – удивилась акула – по-твоему, Сгата боится драки?
-Просто предупредила. Не обращай внимания на старуху, капитан. К старости начинаешь ценить жизнь, свою и чужую… Много уже их отобрала и потеряла.
-Пф – махнув когтистой лапой, Варакса сосредоточилась на игре. Сгата между тем подметила, что никакого «другого» места не было. Палуба была освобождена от всего лишнего. Ей бы пришлось сидеть на полу или стоять.
Броски Сгаты были феноменально удачные. Броски Вараксы – наоборот. Пользуясь «интеллектуальной» частью игры, она пыталась создать из своих результатов более ценные фигуры из фишек, но этого не хватало. Оставалось одно «но» - при слишком большом разрыве мог случится «берсерк», и игра свелась бы вничью. Но когда дело подошло к этому, акула резко смахнула со стола фишки
-Ладно, ты победила.
Матросы восторженно заревели. Удача большой самки их впечатлила до глубины их глубин. Хефти, воспользовавшись моментом, оглушительно проблевался – это сиюминутно уменьшило его страдания, но продлило мучения в перспективе.
-Играем еще раз. Соберите фишки кто-нибудь. Загадывай желание – Вараксу штормило из стороны в сторону. С одной стороны ей нравилось, что Сгата такая удачливая и крутая, с другой, проигрывать новичку было очень болезненно для ее самолюбия.
За бортом раздался плеск воды. Сагата обернулась, и увидела, как Маул и десяток мрачных матросов ему под стать десантируются прямо в ледяное море, собираясь отправится к берегу вплавь. Ну, демоны воды могли себе такое позволить.
Пушок
«Просто продолжай ловить стрелы, и рано или поздно она решит помочь. Панацея – лекарь, начавшая лечить из-за обостренной эмпатии к чужой боли. Пока что твоя боль не перевешивает ее обиду на похищение у старого хозяина, но начало положено» посоветовало Сердце. Но пока Хору не мог воспользоваться его советом.
Тунец издала недовольное ржание. Хору показалось, что лошадка сейчас куснет его обломками костей во рту и отхватит пару пальце… Но овладевший останками Тунец дух решил, что пони должны слушаться хозяев, даже если те грубы и глупы. Не желая выходить из роли, он покорно помчался в сторону вероятного противника.
Естественно, Хору не обнаружил ничего. Атакующий отлично умел прятаться. Но открыв третий глаз, джаккай тут же «увидел»… Нет, не его эмоции, он увидел гораздо больше, он увидел его память, его чувства, все то
что делало Тайхе Тихоню – Тайхе Тихоней.
Но самое главное, он увидел себя – со стороны. Сидящим на берегу реки, совершая немыслимое для мага его уровня колдовство, увидел гораздо более могучим, красивым и героическим, чем он был в реальности. Увидел таким, каким его видела Тайхе – совершенным идеалом, самым близким ей существом, о котором она знала больше, чем кто бы то ни было на земле, знала даже то, что Хору сам о себе не знал. Например то, как он дергает лапой во сне, или какое у него выражение морды, когда он о чем-то сильно задумывается...
И нашел ответ на свое «почему». Он мог бросать кого угодно, но только не ее! За это он должен был умереть. Хору разрушил ее мир, странный скрытый мир фантазий, состоящий из подглядываний и изучения, мир который был прекрасен тем, что был только ее и больше ничей… и она собиралась разрушить его мир в ответ.
Как и Тунец с Приятелем, Третий Глаз Фей вывернул Тайхе наизнанку пользуясь тем, что все эмоции ее были направлены на самого Хору. Будь она чуть менее заинтересована в нем, это не вышло бы, даже будь Пушок куда более опытным в деле зондировании мозгов…
Тайхе замерла, скованная ужасом от мысли, что ее раскрыли. Что не просто видят ее, но видят то, что она есть. И еще страшнее, КТО это видит.
Но это состояние продлилось недолго. Хору был маг и, конечно, неудивительно что он ее раскрыл. Это было лишь делом времени… Теперь он все знает. Всю ее. И…
Кто как не он, имел право на это знание? Разве… не этого… в глубине души… она и хотела?
Приказу "замереть" она подчинилась с мазохистским удовольствием. Да, вот она Я, обнаженная и лишенная возможности что-то делать... В приступе саморазрушения она отправила в разум Хору вообще все, что было в ее памяти, с первого мгновения осознания себя, до последнего мига. Перегрузка сознания Пушка могла бы быть ужасной, но он с блеском отразил этот нечаянный ответный ментальный удар, не впустив поток ненужной информации в свой и так усталый разум. Тихоня нисколько не расстроилась, ожидая Его вердикта. Пусть судит. Пусть казнит. Пусть, пусть, пусть…
Лук выпал из рук, и маленькая глупая джаккайка стала ждать наказания от его рук за свои многочисленные грехи.
И удар последовал, только нанес его не он.
От удивления распахнув большие голубые глаза Тайхе упала на свой лук. Рана была страшная: кровь из спины хлестала ручьем… Но Корь была недовольна – враг еще шевелился, а она рассчитывала прикончить ее одним ударом. Но все же это помогло выпустить пар – убивая бандитку, или кто там она, Рыжая представляла, что убивает Хору.
Мавуро
Самоубийственный порыв Мавуро наткнулся на неожиданное препятствие – Мрайхе не желал этого. Он не любил боль, он любил причинять ее другим. Его сознание, сбрасывая цепи колдовской дремоты, сбросило с себя и паразита в виде рукокрылого, выдавив его наружу из своей хитиновой головы без всякого остатка будто черепаху из сломанного панциря.
Фасеточные глаза смотрели на собрата без особого интереса – Мрайхе вообще мало что интересовало в этой жизни, ничего не удивляло и не волновало. Он был совсем как Мавуро - только без Души. Став на все шесть конечностей, насекомоподобный приготовился покинуть это место, которое становилось все опасней. Снова встречаться с Като он не хотел. Крыльям же демон не доверял, зная, что в небесах был один из наблюдателей фанатиков.
-Сстой… Я совершил ошибку, исправить не могу! Но могу помочь ей… – кончик хвоста Лиха указал на Душу, которая в ужасе взвыла, осознав, что Мавуро пропал. Она его не видела...
Договорив, змей удивленно открыл пасть, движение совсем не змеиное. В отличии от Души, ОН видел Мавуро. Видел рядом с Мрайхе, появившегося будто из неоткуда.
Точно так же, как только Мавуро и другие избранные видели Кальвина.
Мог ли Кальвин взять прямой контроль над ним точно так же, как он взял контроль над Мрайхе?
Кто знает.
-В Храме Мокку могут вылечить все что угодно… - неуверенно произнес Лих, озадаченно переводя взгляд с Мавуро на Мрайхе, не зная, к кому обращаться. Чувствовал он себя отвратительно. Жуткий вид Души вовсе не означал, что она враг, и даже жуткий акт каннибализма его не убедил. Если бы не проклятый человеческий ребенок, он бы и не подумал нападать… Как же плохо! Теперь еще демонов стало два... Что вообще происходит? Мысли Лиха никогда не отличались остротой и быстротой.
Рукокрылый достаточно владел магией, чтобы осознать свои возможности в этом состоянии. Он вновь мог колдовать, но его физическое влияние на окружающий мир было сильно ограничено. Его никто не видел, но он не был призраком, и мог быть ранен и даже убит, пусть и будет это трудней. Он мог перемещаться в пространстве, переносясь к Мрайхе где бы он ни был… Их странная связь была крепка.
Ну и, конечно, демон вновь мог бы попытаться взять прямой контроль над телом собрата.
-Нет! Нет-нет-нет! Где ты?! Не бросай меня! – Чудовище забилось в конвульсиях. Его существование без Мавуро не имело ни малейшего смысла. Она не видела его и не чувствовало больше. И это ее убивало. Могла ли она исчезнуть вместе с окружающим миром?
Черные тучи наконец столкнулись. Новый шрам появился в небесах, словно огромная рваная черная улыбка от горизонта до горизонта, и пролился антрацитовым дождем. Конфигурация проигрывал. Мир грозился распасться, и уничтожить все, что в нем было. Черные дыры сливались в одну большую черную дыру, которая втягивала в себя свет. Так ли это было страшно? Уж точно не для его обитателей. Они даже не видели ничего и ничего не чувствовали, продолжая свой бессмысленный конфликт на пороге Армагеддона.
-Кто вы? – бандиты шарахнулись от обернувшегося Лиха. Он вовремя успел заметить их маневр, и хоть ему было не до них, готов был дать отпор.
-Стража – тут же ответил старик – Местная стража. Мы хотим помочь.
-Не нужно. Просто не мешайте.
Лихо отвернулся, и бандиты тут же начали действовать. Было неясно, где они раздобыли топор, скорей всего, украли по пути в одном из дворов...
Вытянув руку, Буква начал творить заклинание, которое сдерживала печать Като – это было бессмысленно, но одним ударом, главарь отрубил шрамированному руку, выпустив магию на волю. Конечность взлетела в воздух, разбрызгивая капли крови, которые начали собираться в короткий красный дротик. Он воткнулся в прореху между чешуей змея, и тот зашипел от боли. Развернувшись, движение хвоста отшвырнул прочь главаря, Букву и безымянных громил, громя им кости.
-Что за идиоты… - Лихо снова сосредоточился на Мрайхе и Мавуро, с жалостью глядя на стонущее в отчаянии Чудовище, потерявшее все. Кровавый дротик, торчащий из его тела, превратился в надутого клеща с кулак человека величиной, и провороно заполз под чешую…
***
Михаэль, выдержав все атаки, начала атаковать в ответ. Ледяная рука метнулась вперед, походя выдрав горло одному из Ворсов. Человеческой рукой поймала второго, схватив за хвост и шарахнув о ближайшего Драуга. Джаккай хрустнул всем телом, расплывшись на прозрачном льде монстра кровавым пятном. И только Старейшина сумела уйти от ее пальцев, вернувшись под защиту статуи, где детеныши, сжимая кулаки, еле сдерживали свое желание броситься на помощь взрослым. Теперь Михаэль могла заняться бушующим Стомпом, пытающимся прорваться к Твари и демону ветра. Перед ним ангел испытывала страх, хоть ожог на груди и начал затягиваться с огромной скоростью.
Воспользовавшись суматохой, Ингер бросилась прочь, унося Мавуро, а Кальвин, отдуваясь и пыхтя полетел за ней.
-Так ему понравилось в Конфигурации, что не хочет просыпаться! – бубнил ангел – говорил я Каргову, что такая себе идея. Все эти симуляции до добра не доводят! Мы от них в Гримхейвена твердо отказались, солдаты просто не хотели возвращаться в реальный мир… Царства снов и иллюзий... Самый страшный наркотик...
В образе твари Ингер была очень быстра. Он уходила все дальше от деревни джакааев, содрогаясь от страха, боли и отчаяния. Но ее побег не вел никуда.
-Глупое создание… Если бы ты только могла меня услышать! Тут неподалеку есть храм с древней защитой Стражей, через которую эти изуверы не могут пройти… Туда беги, туда, животное!
Кальвин остановился. По совпадению, или каким-то невообразимым образом услышав слова невидимого проводника, Ингер свернула в ту сторону, куда махал руками ангел.
-Она меня видит? Или чует? Учитывая ее связь с Мавуро, может быть… Или… Я не знаю. Хорошо.
-К НОГЕ!
Вопль Михаэль ударил Ингер по ушам. Бывшая джаккайка взвыла, а потом заскулила, согнувшись. Воля апостола Медведя звала ее назад, и если сюда она бежала, повинуясь только ее пассивному притяжению, то теперь это был приказ. И она вынуждена была подчинятся… Хотя и не желала.
-Проснись, проснись… - прорычала она Мавуро на ухо. Чудовище должно было подчинятся Медведю. Малефик должен был подчинятся рукокрылому…
***
-Неееет! Почему ты ушел?! – во сне Душа металась под мутнеющим взглядом Лиха. Она не могла найти Мавуро, хоть тот был прямо перед ней. А мир рушился, рушился, рушился…
Поделиться2352026-01-04 17:57:45
- Ветеран
- Зарегистрирован: 2021-04-22
- Приглашений: 0
- Сообщений: 130
- Уважение: [+22/-0]
- Позитив: [+14/-0]
- Провел на форуме:
5 дней 19 часов - Последний визит:
Вчера 23:33:05
Не справляясь с контролем над чужим телом, разум Мавуро постепенно вытеснялся, словно отпачковываясь от носителя, чья воля к жизни в мире лжи и обмана могла бы стать ироничным сюжетом для театрального выступления в жанре трагикомедии. Фасетки постепенно слились в одну удобоваримую картину в кругоподобной оправе глазниц костяной маски и он принялся рассматривать своё тело и окружение, заново привыкая к старому зрению. Затем посмотрел на Мрайхе. Его шерсть распушилась, а хвост стал агрессивно бить по земле, выражая агрессию, словно демон моментально забыл, что делил его с ним общее тело, но попытавшись его атаковать, заступорился, услышав завывания Души. Тогда он побежал к Ней в попытке обхватить её лапами, но прошёл на сквозь и еле сдержался, чтобы не свалиться после рывка на текучую землю. Он озирался на тающий в его глазах мир, и казалось, что бездонные пучины его глазниц разделяли ту тьму, в которую падал свет кошмарного сна Конфигурации. Стоял рядом с Душой, наблюдая за её отчаянными стенаниями и всхлипами, также меланхолично и безучастно, как за всем остальным во всех мирах, в которых когда-либо бывал. Наблюдал за развернувшейся суетой, заприметив, что никого из присутствующих не волнует судьба их умирающей иллюзии. Невидимая тленная фигура, разрываемая изнутри вместе с остальным миром. Он зачерпнул бурную напасть тающих образов крылом и взглянул в это месиво, бурлящее переливающимися цветами и тонами, словно это действие было символической попыткой воссоединения с общей для всех галлюцинацией. Она стекала вниз по крылу, вдоль перепончатых пальцев и по телу к ногам и стало смешиваться с чёрным цветом его шерсти, плавящейся от контакта с этой эфемерной материей, стекающей вниз в направлении расширающихся зияющих дыр. Мавуро обессиленно упал на землю и его тело разъедала кипящая смола самого мироздания. Он перевернулся на спину, оголив брюхо, и те части тела, что контактировали с землёй, покрылись болезненными волдырями, слои шерсти, эпидермиса и плоти хаотичными струйками стремились смешаться с реками образов в гигантском русле Судного дня. Постепенно голоса отдалялись, превращаясь в приглушённое эхо на поверхности чуткого сна, пока не смешались в один нечленораздельный шум, предсмертный звон уходящего марева. Мавуро глядел в небо, единственное сущее этого Кошмара, непоколебимое в своей битве, единственная часть этой реальности, которая не таяла и не умирала, что-то по-настоящему бессмертное, независимое, будто это небо и его конфликт одинаков во всех мирах.
- К НОГЕ.
Словно громом раздалось из пучин побеждающей стороны внеземного конфликта высоко в небе и его пробрала настоящая ненависть, заставившая его заскалиться сквозь собственные боль и агонию. Он выгнулся в спине и зарычал так, как никогда в своей жизни, будто пытаясь дорычаться до высоких материй, обвивающих нитями мир снов и реальность. Он понял, к кому это было адресовано. Понял, кому дали эту команду.
Его глаза заискрились, собравшись в мерцающие вертикальные зрачки, смотрящие вдаль, в самое сердце страшной битвы высших миров в страшном оскале, сквозь его зубы сочилась жижа умиравшего тела.
Дзынь.
Дзынь.
Дзынь.
- Все, надоело. Я бы уже и мертвого разбудила, так что ты либо умер, либо глухой...
Искрящиеся зрачки расширились, заполонив своим сиянием все чёрные глазницы и он поднялся, вспоминая образы, совсем чуждые ему и одновременно такие родные. Он почувствовал запах крови, пота, шерсти, льда...
Огромная четвероногая тварь стояла посреди лесной поляны УМИРАЮЩЕГО ГОРОДА. Рога ее блестели в свете солнца, и были прозрачными – ледяная корона, достойная владыки. Охотники КУЛЬТИСТЫ, ДЕМОН-НАСЕКОМОЕ, ДЖАККАЙ-ИЗБРАННЫЙ рассыпавшись, заходили со всех сторон. Лесной царь топнул копытом, и кривой рог, такой же как у него на голове, только в десять раз больше, вырвался из снега РЕК ТАЮЩИХ ОБРАЗОВ, нанизав на себя сразу двух коротышек КУЛЬТИСТОВ. Убийцы ДЖАККАЙ И ДЕМОН НАСЕКОМОЕ прыснули врассыпную как стая напуганных птиц, но рога Короля настигали их везде. Он бил копытом, и каждый удар прекращал жизни – и не было приятней звука, чем их предсмертные крики и треск рвущей плоти...
Мавуро снова завопил схватившись измазанными в смоле крыльями за черепушку и вдавливая, будто пытаясь выдавить собственную голову черепом Ледяного Владыки. Его горячее дыхание сделалось холодным, а рёв, что он издал, отразился роем неконтролируемых мурашек, будто в предсмертной лихорадке. Он поднялся, и от сбитого глубокого дыхания его живот вздымался и вновь втягивался, ядовитая жидкость стекала по рёбрам, оголяя кости и многочисленные органы за ними, быстро покрывавшиееся инеем. Он наклонился и понял, что постепенно перестаёт отдавать отчёт собственным действиям. Потом взглянул вверх. Разодранная искрящаяся тварь, не демон, но тьма на тьме, погоняющая тьмой, под которой умирает мир и лишь небеса сохраняли свою целостность. Мавуро взмахнул крыльями и полетел ввысь, в самый пыл битвы, где бури молний, водовороты ветра и стены града схлёстывались в бурной битве стихий. Его череп пылал множеством переливающихся искр, а глаза, будто пожар его собственной сущности, пожирал его изнутри, освещая пространство перед собой. Он влетел в самое сердце той небесной рати, в глубине которой кто-то командовал Ингер. От сильнейших порывов воздуха его крутило и сносило, он несколько раз чуть не валился и не падал в штопор. Фибула внутри желудка стала жечь его стенки, вызывая невыносимую боль. Он летел дальше, в направлении давшего команду, а искры, прыгающие между краёв его рогов, разрывали облако, словно лезвие, проходящее сквозь топлёное масло. Когда по собственному ощущению он попал в зону досягаемости заклинания, с рыком в глубине оголившейся глотки заискрился шар, вмиг ударивший в направлении самой сердцевины. Его тут же снесло сильнейшим потоком града, дробившего его кости и череп на куски. Падая вниз он был почти совсем обессилен, но направлялся, вяло планируя к линии сопрекосновения, на поле боя, в которой Конфигурация проигрывала.
***
Душа лежала на земле и стонала от боли, страшная рана на бедре пульсировала и она истекала кровью, не в силах её остановить. Мавуро стоял над ней. Обычно в таких ситуациях он отрывал ей голову, дабы окончить её страдания и она вновь появлялась через время без каких-либо последствий, кроме психологических, но он был слишком измотан и изнемождён, чтобы сделать это быстро и бесцеременно. Он уткнулся в носом в её рану, обхватил её крылом и недовольно кряхтел. Затем закрыл глаза и застыл, концентрируясь на чём-то. Крылом он поднёс её голову к себе, и уткнул лбом, из которого торчало остриё стрелы, в собственное плечо, из которого брызгнула кровь, и он засовывал его глубже и глубже, хрипя от боли. Её дыхание постепенно восстанавливалось, кровь с его плеча падала на рану и густела у их ног, но вскоре она заметила, что её собственной крови на её бедре не осталось, а стекала лишь его собственная по тому месту, где раньше была рана, незаметно для неё затянувшаяся.
***
Он достиг битвы, и каждое неуловимое действие побеждающей стороны рисковало убить его. Градинки пробивали его, вбиваясь в прорези между рёбрами и скапливаясь внутри вместе с выглядывающими оттуда органами и он постепенно терял дыхание в разреженном воздухе, хватая драгоценный кислород раздувающимися лёгкими, впивающихся в застрявшие между ними и рёбрами градинки. Он пытался держаться, но постепенно терял высоту, выжидая чего-то. Когда на Чудовищное облако звалилась отчаяная атака умирающей Конфигурации, Мавуро закричал, взывая к Ледяному Владыке, его тело покрылось чёрным слоем мглы, делая из него тёмный силуэт и лишь то место, где раньше выделялись глазницы, искрилось фонарями. Он потерял всю ману ещё со времён проделанного им ритуала Малефициума и заклинание, требующее её, срывало с него кожу и кости, оставляя нетронутым лишь независимый череп. Конфигурация могла почувствовать, что каждая её атака, каждое попадание, каждое действие, причиняющее вред Чудовищу, восстанавливало её и вдохновляло. Могла почувствовать, что наносимый ею вред, урон и страдания причиняют ей незыблимое удовольствие и только большую жажду крови. Перепончатые крылья оползли и слезли с демона, его плоть варилась на глазах, делая Мавуро похожим на полупереваренного Визга, и он падал на последних исходах сил камнем вниз, постепенно теряя сознание в невыносимых мучениях.
Магия тьмы (3/3) - Милосердие Синдела (1/3)
Магия воздуха (1/3) - Молния (1/3)
Отредактировано natus (2026-01-04 18:17:28)
Поделиться2362026-01-07 23:40:48
Не сиди Хору верхом, он бы с непривычки мог бы рухнуть на колени. Не от боли или страха, от которых извилины джаккая были защищены толстой, но от личных… нет ЛИЧНЫХ мыслей, связанных с ним самим. И таких странных. Они льстили, смущали, настораживали, и самое отвратительное, в чужих мыслях было так сложно найти обман. Нормальный джаккай вероятно сбежал бы от Тихони, найдя её странной. Как впрочем и от Хору, найдя его жутким и злым.
Мыльной оперы однако не получалось. Хору был обижен, не за стрелу, а за то что Тайхе посмела навязать ему никому не обещанную верность, ошейник чужих надежд и ожиданий. И в этот момент наверное оба понимали, как сильно этот факт выбешивал Пушка. Но отдавшись на его милость, и поддавшись заклинанию, Тайхе сбила джаккая с толку, явно превращая обычное, понятное противостояние двух убийц в какую то взрослую игру, в в которую оба не умели играть.
Пущенная Корью кровь отрезвила обоих. В некоторой степени хору был даже этому благодарен. Любые намеки на оцепенение, что похищали драгоценные мгновения схватки, исчезли. Пушок даже не злился на Рыжую. В его глазах она действовала разумно и правильно, и не могла понимать весь контекст.
«Корь, достаточно!» Крикнул Хору, и несбавля хода своего скакуна, на ходу спрыгнул с Тунец, со всей своей джаккайской прытью. Для вида этих ушастых обезьян, такая высота, даже на ходу, не была большим препятствием.
И Хору влетел, но не в Корь, а в Тихоню, по себе зная с каким остервенением нож в руках желает ворваться в живую плоть снова. Да и Тихоня едва не запорола миссию Кори. Так что у той было право злиться… Но это все было уже не так важно.
Нужно было оттащить этих двоих друг от друга, и учитывая сравнительные Габариты Пушка и Тихони, первому будет сделать это совсем не сложно.
s: -Достаточно Корь. Ты все сделала отлично. Спасибо. Конфликт с этой джаккайкой исчерпан. Я воспользуюсь ей - все поняли на сколько плохо это звучало. Каждый мог понять что Хору имел в виду что-то не столь очевидное. И от этого окружающим, и самому хору, что запоздало понял, что он толко что ляпнул, становилось стыдно, и хотелось просто покинуть помещение. Возможно бы и искры покинули бы его из-за стыда если бы могли — Жизнь… я возьму её жизнь — неуклюже попытался джаккай исправить ситуацию, но сделал только хуже. Поэтому Пушок, с грацией рычага, переключился на Кое-что более важное.
Большая кровоточащая рана на спине Тихони. Оценивая на глаз, шансов не так много. Будь больше времени, будь рана немного меньше, и будь у Хору реагенты или возможность изготовить простейшие зелья, добавить немного магии… но здесь не была длинная дистанция на которой джаккай был хорош. Увы.
: Но в этом так же была возможность. Возможность, которой такому отчаянному магу как хору хотелось воспользоваться даже больше, чем спасти жизнь Тихоне. Знакомство у них вышло сумбурным и не особо удачным, так что долгий траур по своей фанатке Хору не мог бы нести, даже если бы очень хотел. Но постараться спасти чужую жизнь и расширить свои способности? Да он сделает это.
«Значит поводом для начала работы нужна боль!? Ох, хорошо. Раз она так упирается, я… МЫ заставим её раскрыть свои новые грани. Так ты говорило, Сердце? Если Панацея не хочет лечить одного тяжело раненого джаккая, пусть лечит двоих! Того кто ранен и того кто при смерти! Если ей не достаточно моей боли (надменная всхлип сука), у неё будет больше, чем помещается в обычном теле! Все или ничего! Я причащусь и разделю боль умирающего. Ты Сердце, заставишь вырасти панацею над собой. Мне понадобиться не только её способности лечить носителя, но и проецировать свою силу наружу»
И Хору не лез за словом в карман. Третий глаз вновь вспыхнул на его лбу, а джаккай изготовился к спектру болезненных ощущений, с каким то жутковатым смирением и знанием, которое к счастью его рассудка было не осязаемо словно инстинкт, или давно позабытый опыт. Пушок заглянул в глаза Тихони, найдя боль, и предсмертный страх, что были отчетливо знакомы, и в такие моменты были на поверхности. По мимо этого он мог лишь использовать магию воды, и свое знание алхимии что бы заставить кровь сворачиваться быстрее, и вытекать медленнее, но без искры он мог лишь отсрочить неизбежное на пару минут. Стабилизировать рану было в силах Панацеи, а не её носителя.
Предсмертная агония воспринятая через дарованный феями глаз, впрочем вполне могла ухудшить состояние джаккая, что точно заставит Панацею дергаться, ведь эта боль была разделенная с другим существом. Опыт, который Искра могла до этого не испытывать… если они вообще набирали опыт в привычном понимании.
Поделиться2372026-01-08 02:49:21
- Летописец
- Откуда: Таталия
- Зарегистрирован: 2015-04-15
- Приглашений: 0
- Сообщений: 637
- Уважение: [+39/-0]
- Позитив: [+42/-1]
- Пол: Мужской
- Возраст: 30 [1995-06-14]
- Провел на форуме:
27 дней 5 часов - Последний визит:
2026-01-16 16:17:31
”Пожалуй… Пожалуй, я здесь всё-таки переборщил.”
Сам факт объятий, длящихся дольше мимолётного мгновения, отправил сестру по крылу в бездну смущения. Достаточную, чтобы лишить её и чувств, и почвы под ногами, благо Силантий не оставил её мёрзнуть в снегу, а унёс на руках. Знак того, что какую-никакую заботу по отношению к ней в селении проявит. Хотя Зар мог просто успокаивать себя таким образом.
Подозрения касательно личности последнего подопечного Каи оказались правильными, и пушистый бедолага действительно не сносил своей умудрённой головы. Что, в свою очередь, побуждало крайне неприятные вопросы касательно того, из кого выбираются избранные и кем. Убеждённого миротворца, не привыкшего махать ничем, кроме писарского пера, не стоило выводить на передовую. Тем более со вспыльчивым соглядатаем. Итог оказался закономерен и печален. И болезнен, что со скрипом зубов мог подтвердить и окрылённый.
Была ли нынешняя группа более успешной, пока что не мог сказать никто. В истории с поучительной моралью каждый из новичков нашёл бы источник внутренней силы, особенность, которая могла бы спасти несколько жизней, а то и целый город. Но их история не была на это похожа, число павших было достаточно велико, чтобы проводники не желали особо делиться ими. Потому ли, что их угнетало само число потерянных, или же они не хотели прежде времени пугать подопечных, демону ясно не было.
- Хрм. Я не т-тороплю, - Кальвин покинул их, и Шалгеззаар счёл за лучшее не наседать со своим вопросом про погибших. Вспоминать их походя и правда было бы не очень учтиво. Да и лишние уши, пусть и глухие к голосам посланцев Каргова, были ни к чему.
Зато носители этих самых лишних ушей были кстати, чтобы снять пробу с согревающего напитка. С большим, надо было отметить, воодушевлением. И раз пагубных последствий демон не заметил, то он вновь взял в чешуйчатую длань флягу, чуть встряхнул содержимое и мрачно произнёс:
- За Каю.
Не принюхиваясь (отчего-то он был уверен, что смесь Огненных Специй заставит его некрасиво чихать), он сделал уверенный глоток, готовый пускать дым и пламя куда-то в сторону от Али Мухиддина. Но до таких крайних мер дело не дошло - либо мороз и обед в люксарском стиле притупили чувство вкуса у пепельного дипломата, либо алхимические пропорции позволили создать средство с намного меньшей вероятностью сжечь пасть. И многочисленные восхваления гильдии специй явно намекали на второй вариант. Впрочем, разве было в Люксаре хоть что-то из частей государства, что не было бы великим, непобедимым и абсолютно справедливым? С таким же пылом честь своей пирамиды защищали и Сфинкс с маленькой жрицей. Да и армии Ада не могли сказать дурного слова о своих генералах, независимо от уровня безумия и невежества.
У медийцев даже поговорка была на этот счёт, “всяк токсичный перепел свою поляну хвалит”. Или как-то так.
Сообщение последних новостей касательно судьбы гулям-колосса всё же остудило поднявшийся было боевой дух дервиша, пока хозяин и гость переговаривались на пути к ходячему камню преткновения. Влезать в чужие разборки и правда дело было не самым приятным, с пактами о ненападении или без оных. Но суровые нирвенские будни не давали особой возможности остаться в стороне. И глядя на хозяев, стоящих за ледяными чудищами и неестественно долгими метелями, держаться вместе могло быть единственным способом выжить перед лицом Стужи.
- Я думаю… в цирке есть люди, не потерявшие разум. Им хватит и вида имеющейся армии, что готова защитить от местных угроз, чтобы не враждовать с ней. Не знаю, что они не поделили при первом разговоре, - демон тяжело вздохнул, набирая грудью колючий морозный воздух, - но думаю, что найти общий язык можно. Особенно если применить хитрость и красноречие, такие, чтобы сказать дэву: даруй мне смерть от глубокой старости после долгой и плодотворной жизни в окружении любящей и уважающей семьи.
С этими словами они поравнялись с окружением из навряд ли любящей инфернального капитана, но как минимум работающей с ним группы. Приказы они исполняли, надо сказать, отменно, даже лучше скованного чарами Тьмы Стомпа. Наверное, потому, что после магической обработки иначе не умели. Не стоило такими ребятами разбрасываться попусту.
- Хм, да, после дуэли отряд “Стальные Ежи” работает на меня, уважаемый Али Мухиддин. Капрал Дикогрив, приказы такие: прочешите округу в поисках мешка с жалованием бывшего капитана Стомпа, - рукой окрылённый показал в сторону места, где ранее происходила дуэль, - заберите его и отнесите к ногам колосса, - теперь рука ткнула в сторону каменного великана. - Далее возвращайтесь к армии главнокомандующего Штейнхаммер и согревайтесь, переохлаждение нам ни к чему.
Да, он мог делать с отрядом всё, что угодно. Но зачем настраивать против себя столько вооружённых джаккаев?
Поделиться2382026-01-10 01:41:30
- ГМ
- Зарегистрирован: 2012-06-29
- Приглашений: 0
- Сообщений: 1123
- Уважение: [+76/-1]
- Позитив: [+76/-0]
- Пол: Мужской
- Возраст: 34 [1991-09-11]
- Провел на форуме:
1 месяц 0 дней - Последний визит:
Сегодня 00:21:27
Это было приятно. Вообще играть. По ней не скажешь, но она любила азарт. В разумных пределах. Все же нельзя путать азарт и безрассудство.
От безумных ставок Сгата отказывалась всегда. Как и от игры с тем, кто выглядел как поехавший игроман. С такими вместо приза было проще получить когтями по морде в самый разгар игры. Драка - тоже вещь неплохая, но если драться везде и всегда, то это может плохо кончиться.
Варакса не очень ценила жизнь своего раба, но это было ее дело. Немного жалко отпрыска Отца, но не более. Впрочем, не ее дело.
Игра началась. Уже было не до бормотания старой демоницы. Сгата и так уделила ей много внимания. Куда уже больше. Место.. другого матроса.. что? Если такое слушать - то каждый сядет на шею или на уши со своим бубнежом. Как Сэаль или Варакса. Демоница земли не любила много слов. Она их трудно воспринимала и запоминала.
Но все же держать стариков в боевом отряде, если это реально был боевой отряд, было глупостью. Такие и пользы не принесут, и могут своим же помешать.
Вокруг уже полукольцом встали матросы, которым было нечем заняться.
Все. Разные.
Кривые, зубастые, с жабрами, с шрамами, с глазами разного цвета, с хвостами, плавниками, рогами. Кто-то жевал сушёную рыбу, кто-то - кусок чего-то буро-зеленого, вытащенный из кармана как заначку. От них пахло солью, гнилью, спиртом и мокрой кожей и мехом. Они смотрели не столько на кости - на играющих. На то, как две самки друг друга не убивает.
Игра была простой и в тоже время сложной.
Комбинации из костей превращались в фигуры на столе - все эти демоны, феи и камеги. Каждая фигура означала либо преимущество, либо слабость. Можно было усилить свою конструкцию, можно было поднасрать противнику.
Хотя она совсем не понимала до конца что она делает - игра была намного сложнее одного или пары бросков для раундов, но что-то получалось. по крайней мере Варакса не спорила по поводу спорных бросков, что Сгата не сразу понимала. И не жулила, если проигрывала.
Победа все равно вышла неожиданностью.
Демоница бросила взгляд на рассыпанные по палубе фишки и подумала не о победе - о том, как странно пахнет вокруг. До этого как-то не возникало такой мысли. Из пасти не уходил привкус металла и соли - вода и все что она пропитывала вокруг было слишком соленым.
- Ты хорошо объяснила правила - кивнула Сгата, добавив, чтобы Варакса, а больше все остальные, услышали, что она не настолько новичок - А в Аду я много играла -
Она медленно наклонилась, подняв пару-тройку фишек и поскребла их когтями, прежде чем вернуть на стол. Дерево было прохладным.
- Не против и второй партии. Уверена, ты хотела бы отыграться -
Поделиться2392026-01-17 15:27:29
- Задняя Нога Коня
- Зарегистрирован: 2012-05-17
- Приглашений: 0
- Сообщений: 4508
- Уважение: [+454/-6]
- Позитив: [+480/-13]
- Пол: Мужской
- Провел на форуме:
3 месяца 2 дня - Последний визит:
Вчера 21:00:37
Мавуро
Мавуро принес себя в жертву ради победы Конфигурации, и пусть его жалкая и ничтожная жизнь была лишь крошечной каплей среди потоков алого водопада, этого оказалось достаточно. Финальным усилием, темная воля Конфигурации, чьи шестерёнки приводили в движения немыслимыми страданиями сотен спрессованных в амальгаму душ, сумела вытеснить из себя интроверта, нанося ему удар за ударом, напитанным отчаянием и болью Мавуро, продолжавшего поддерживать садистское заклинание. И пусть это был лишь сон, напряжение и усилия были столь жуткими, что это отразилось и на реальности, пронзив его зажатое в (!!!!) фантомной боли, и словно извержением цепи вулканов взорвавшись чередой кровоточащих стигматов...
И конец существования был близок, как никогда ранее.
Но ему не позволили ни умереть, ни насладиться поражением и отступлением врага, которого он сам и впустил в фантасмагорический мир Конфигурации.
-Ай, какой молодец. Еще бы немного и...
Мавуро вновь был в пещере, где в центре невозмутимо восседал голем. Старик протянул руку, и похлопал Мавуро по облезлому плечу. И пусть боли демон больше не чувствовал, его призрачное тело выглядело именно так, как в миг финального аккорда сонного светопреставления - словно полу перевераненная тушка рукокрылого уродца.
И все же рука старика не прошла насквозь...
-И что?! Что это вообще было? Что вообще происходит? Я уже ничего не понимаю! Зачем все это нужно? Как работает Конфигурация? Что происходит? Это же кошмар какой то! Отвечай мне, мерзкий старик, или я за себя не отвечаю!
Белобрысая девочка показала волчьи клыки, и зарычала, нервно дергая хвостом
-Это плохо. Нужно отвечать за себя. Это вообще единственное, за что может отвечать кто либо... Но никто и никогда не желает этого делать. Любой старается переложить ответственность за свои поступки на других - на богов, природу, обстоятельства, судьбу, инстинкты, родителей - на кого и на что угодно, но только не на себя. Это удручает, не так ли, Мавуро?
-Так...Не переводи стрелки! Мы о тебе говорим! - в ее чертах отчётливей проступило что то звериное и волчье, и показалось, что сейчас она станет на четвереньки и укусит деда за ногу. Тот тоже это почувствовал, и поспешно ответил
-Ладно, я скажу. Но только если ответишь ты. Зачем ТЫ здесь? И когда вернёшься к отцу? Ответь, и отвечу я.
-Не хочу к отцу... Он… кусается. - белобрысая перестала превращаться в волка, отвернувшись - а здесь я... Я... Для важного дела. Знаешь, как в книгах или пьесах... Такой персонаж, который своими вопросами помогает читателю или зрителю понять экспозицию.
-Тогда тебе не стоило бы об этом говорить. Потому что в упомянутых тобой пьесах или книгах подобное называется сломом четвертой стены. Это пошло. К тому же тут все же нет читателей и зрителей, так что это все полная глупость. Это потому, что ты и сама глупая.
-Сам дурак… - буркнула волчья девочка и указала на Мавуро - А он? Как же он? Он ведь не может спросить, хотя ему наверняка интересно! Так что я спрашиваю за него.
Старик с раздражением посмотрел на Мавуро и пожал плечами.
-Он может говорить. Просто не хочет.
-Он стесняется, это все равно, что не может. Он ранимая личность.
-Он аутист. Это совсем не то, что ранимость.
-Ты ранишь его, обсуждая вот так!
-Скажи это всем, кого он сьел.
-Это компенсация.
-Это голод!
-Дурак!
-Маленькая глупая девочка!
Дурной старик и глупая девочка обменялись полными негодования взглядами, и осознав, что сейчас им не прийти к компромиссу, вернулись немного назад.
-Говори, что это все было и зачем?! Что творилось с Конфигурацией, зачем она нужна и так далее?
-Ладно. Думаю, Мавуро можно доверить любые тайны. Он не из тех, кто проболтается.
-Мне это, к примеру, сразу было понятно.
-А мне понятно, что ты ребенок, и тебе уже спать надо... - ответом на это было рычание и человек продолжил - но так и быть, я отвечу на твои глупые вопросы.
Я не знаю...
-Что?! Не знаешь? Что не знаешь? В каком смысле не знаешь?! Тогда зачем все это? Ты что, псих?!
Возмущение ее было столь огромным, что даже невозмутимый кролик и голубь встрепенулись, с любопытством глядя на разбушевавшееся дитя. Старик же терпеливо молчал до тех пор, пока у белобрысой не кончился воздух в легких, и она не открыла рот чтоб набрать еще. Тогда-то он и продолжил
-В прямом. Я знаю только то, что ничего не знаю. Но кое-что могу предположить. Как мне кажется, Конфигурацию сделали демоны, отступавшие на север после разгрома войск Генера лет триста назад. Работает она на магии тьмы и страданиях душ смертных, а еще на жизненной энергии демонов и ангелов. С их помощью она может создавать из памяти заключенных в ней душ...
Старик вдруг сделал шаг назад, словно опасаясь
что Мавуро бросится на него
-...и жизненной энергии квазимиры, деми планы, искусственные измерения... назывуай как тебе удобно… служившие для нескольких целей. Во-первых, их использовали в качестве тренировочных полигонов, где демоны могли в безопасности повышать свои навыки, готовясь к реваншу и захвату Искрастеня...
-Чего? - раскрыла рот девочка
-Во-вторых, это было хранилище информации, пусть и весьма неудобное, зато очень точное, хранящее даже те воспоминания, что их обладатели не могли вспомнить. В третьих, Конфигурация была нужна для развлечения и утоления врожденной жажды крови.
-Как тебе развлечение, Мавуро? Понравилось? - с сарказмом спросила белобрысая. Получив вменяемый ответ от старика, она немного успокоилась и теперь с интересом разглядывала рукокрылого, взглядом одновременно полным интереса и брезгливости. Почти так же на него иногда смотрел Кальвин.
-Тренировка - это важно. Избранные слабы, и у нас нет времени ждать, пока они станут сильнее обычным способом. Но это не главное.
-А что главное? - удивление ее было вполне искренним.
-"Так надо" тебя точно больше не устраивает? Эх, ну ладно. После того, как Мавуро помог нам, я не могу молчать. Совесть не позволяет... мать Гайя меня заклюет, если я не расскажу ему. Мне нужна... Информация. О прошлых Избранных. Которые запечатали тюрьму Медведя. Как они это сделали и все прочее.
-А ты не знаешь?! Я думала, ты был там!
-Я что, выгляжу таким старым? - удивился человек, и поднес к лицу бледную тощую руку - да не, вроде нет... Нет, точно нет. Я не настолько стар. Я не знаю. Можно было бы узнать... Если бы у меня было все время мира. Это недостаток Конфигурации. Она очень плохо работает с приказами. Не понимает команды... Или не умеет их выполнять. Или не хочет. Говорит в основном тогда, когда хочет сожрать еще жертв. Да ты и сама видела! Так что я не могу просто сказать "открой мне память Мрайхе в тот момент, как...". Нужен кто то, кто нырнет туда, и найдет нужное сам. Причем не случайная личность, а связанный с прошлыми избранными узами, природа которых мне тоже непонятна... Я вообще даже предположить не берусь, как работает Конфигурация Обреченности.
-Чего?! Еще одна Конфигурация?!
Девочка отвесила челюсть, снова дав возможность полюбоваться своими белоснежными зубами.
-Ну да. Больше ничего не скажу, иначе мне придется тебя убить.
Прозвучало как шутка, но никто не рассмеялся.
-Сколько их вообще? - голос девочки дрожал. От волнения, а может и от страха...
-Мне известно о трех. Еще есть Конфигурация Аппариции. Больше ничего не скажу.
-Я даже слова такого не знаю...
-Это хорошо - обрадовался старик - многие знания - многие печали.
-Так... Что там вообще было то?
-Наш враг нашел способ вмешаться в процесс. Проникнуть в деми план Конфигурации Кошмаров. Мавуро ему в этом помог. А потом помешал.
-Почему ты его не вытащил? Сразу? Я его даже пнула несколько раз - пояснила волчонок Мавуро - когда все эти ужасы с твоей подругой начались.
Человек потер тощий зад, что-то обижено забубнив. Потом махнул рукой и ответил
-Я не мог. Пока мир Конфигурации нестабилен, это могло бы кончится... Плохо. Я бы сделал это, только если бы не осталось другого выхода.
-Ладно... Теперь главный вопрос... Можно начать все сначала? По-моему, там полнейшая фигня творится. Все испорчено. Проще я не знаю... Пусть будет все с момента в темнице. Чтоб Душа и Ингер живые и целые? И...
-Конечно можно - ответил старик - но для этого нужно не меньше десяти душ. Увы, у Ворсов кончились приговоренные к смерти преступники. К тому же, все не так уж и плохо. Я уверен, как бы там все не будет идти, рано или поздно все закончится пленением Чудовища. Нужно только подождать... А если все же нет... Ну, тогда я поищу десять неисправимых злодеев.
-Что с Ингер и той второй?
-Не знаю. Мавуро что-то с ними начудил. Я не демон, и мало смыслю в темной магии. Может Синдел знает?
Кролик развел лапками, посмотрев на Мавуро с уважением.
-Думаю, Мавуро сам разберется со своими женщинами. Может, ему так больше нравится. Когда две в одной, как матрешка, и непрерывно страдают, претерпевая гротескные метаморфозы.
-Глупости. Он любит Душу и вообще...
-И вообще - отрезал старик - мы тратим время на ерунду. Так надо, как говорила Вихо, и все тут. Объяснения для слабаков. У Избранных нет пути, только Цель.
-А с Вихо то что? - не желала прекращать обьяснения волчья девочка.
-Думаю, ее слабый разум не выдержал воздействия Конфигурации Кошмаров... Она же не зря так называется! И бедная лесная девочка стала овощем, сознанием, навечно запертым во впавшем в сонный паралич теле... Так она и будет лежать в келье, призывая смерть, но не в силах ее обрести, потому что добрый, но глупый Смотритель будет ухаживать за своим избранным столько, сколько хватит его жизни, продляя его застывшую агонию на долгие, долгие годы...
-Брррр...- волчонок обхватила себя руками, и затряслась, будто от холода, хотя в помещении было тепло - ты сейчас серьезно?
-Ну, или просто ей все это надоело, и она вернулась под свой дуб, и будет жить там долго и счастливо разводя ящериц и мокриц. - бросив взгляд на голубку, ответил старик - выбирай любой вариант, какой нравится.
-Оба плохи. Ну да и хрен с тобой, старый ты хрен.
-Теперь ты довольна? Вернешься, может, к своим? Знаешь, ты могла бы взять какую-то более интересную роль, чем роль персонажа, неуклюже раскрывающего экспозицию и нелепо ломающего четвертую стену.
-Не, мне и тут хорошо. Хочу узнать, что будет с Мавуро... И остальными, когда они попадут в Конфигурацию Кошмаров. Что там за тема с этим Като и культом Мокку.
-Ну ладно - покладисто кивнул старик. Потом посмотрел на Конфигурацию, который спокойно сидел, полностью равнодушный к миру внешнему, и начал медленно обходить его вокруг, приглядываясь к узору на гранях
-Знаешь, у него тьма и кровь текли из всех щелей, и стоны были слышны. И картинка была адовая, сплошные черные дыры - рассказала Мавуро девочка - а потом раз, и все кончилось. Ты молодец... Наверное. Может было бы лучше, если бы это злобная хуйня развалилась...
-Конфигурация в полном порядке. Не думаю, что Медведь сунется к нему в ближайшее время. Так что ты можешь вернуться... Или проснуться.
Поступай как знаешь.
-А что там с его телом в реальности? Ты ведь знаешь? - спросила белобрысая.
-Не - беззаботно покачал головой дед - Нечего волноваться. С ним ведь Кальвин. Все нормально будет.
Нос у человека слегка покраснел. Пока он обходил голема, уже успел слегка приложиться к фляжке. Волчонок уловила запах алкоголя, и поморщилась.
Переваренный Визг. В мире Конфигурации внешность духовного тела Мавуро будет такой всегда. (-5 к харизме)
Пушок
-Ты не джентльмен. Мой папа с тобой за один стол бы не сел - отреагировала на слова Хору Корь именно так, как тот и думал, и отвернулась, предоставив ему возможность совершать с умирающей любые непотребства
"План обмануть Панацею, подсунув чужую боль, довольно остроумен, и может сработать. Но не стоит ждать, что она начнет лечить кого-то еще. На текущем уровне развития она не способна на подобное. И очень маловероятно, что когда-либо станет способна - если в основе ее лежит медленное лечение хозяина, то так и будет всегда, все дальнейшее развитие будет исходить из этой основы. Если тебе была нужна Искра, способная оказывать помощь кому-то еще, нужно было выбирать другую. И она не станет сильнее просто потому, что ты захочешь или прикажешь это. Искра зависит от твоей силы, духовной и физической, и чем сильней ты, тем сильней она... Но ее рост начнется только после того, как она тебя признает"
Ответ Сердца был вполне категоричен, но Хору чувствовал, что оно еще не все сказало. Так и было.
"Но ты прав. Я могу помочь нарушить правила. Сделать так, чтобы Панацея лечила других, а не хозяина, причем быстро, а не медленно. Конечно, тогда пострадает ее основное качество - лечение и восстановление действительно страшных повреждений. И такое резкое изменение не пойдет на пользу, и назад все будет не вернуть. Кроме всего того, возможны будут... Внезапные негативные эффекты. Готов на это? Если да, Я заставлю ее активироваться и изменится."
Сгата, самая провокационная девочка Ада
-А ты очень удачливая - похвалила в ответ Сгату Варакса - но и мозгами двигаешь. Некоторым тупицам хоть сто раз правила объясни, все равно будут сидеть и буркалами хлопать... Так что ты неплохо поняла, всего с шестого раза. Но можно и еще лучше. Смотри, вот что это за фигуру ты тут собирала? Похоже на хуй. Вышел классно, но такой фигуры в Берсерке нет... А вот если бы сюда фишку поставить...
Капитан быстро восстановила по памяти расстановку на поле, указав Сгате на ее многочисленные ошибки. Обьяснения добавили демонице земли уверенности в понимании мудреных правил, повысив ее шансы в следующей партии. Но прежде, чем она успела бросить кости, кто-то хрипло гаркнул рядом
-Какого хуя ты развалила свою жирную жопу на моем ящике?!
Голос был звучный и злобный, как и подобает демону. Обернувшись, Сгата поискала глазами его обладателя, но увидела только наглые ухмылки матросов. На их рожах можно были эмоции от насмешек до страха, но прямого вызова не было.
-Ты куда смотришь, дылда?! Я тут, э!
Опустив взгляд, синделова доча увидела демона воды, который даже для демона воды был очень низкий. Зато очень широкий, плотный, коренастый, как пень, и очень злобный. Короткие мускулистые лапы с длиннющими когтями, сплюснутая вытянутая морда, маленькие яростные глазки, шерсть спереди черная, а на спине - синяя. Из одежды только шорты, красная повязка на лбу и жилетка, а оружия нет вовсе.
-Ох, господин Ратель, ну вы и забияка! - воскликнула Варакса, расплывшись в зубастой улыбке - неужели нельзя вести себя чуть чуть нежнее с новичком?
-А хули она на мой ящик села? Я ей сейчас нежно лицо обглодаю!
Сгата поняла, что коротышка не шутит. Оскалившись, он изогнулся, готовясь прыгнуть ей прямо в морду. Но тут поднял голову Фердинанд, и издал короткий рык. Удивительно, но это немного поубавило пылу господину Рателю.
-Он прав, так-то. Тебе уже давно пора подраться. А то эти пидоры считают тебя тупой и слабой, как всех демонов земли...
Варакса запнулась, и пояснила
-Слабой не физически. Но демоны земли правда не умеют драться... К тому же, ты тока из Ада, а в Аду демоны только и делают, что мучают беспомощные души и хуем скалы околачивают. Это тут нам приходится каждый день драться за ресурсы и воевать с ордами медийцев, которые все дружно хотят нас прикончить...спроси про это у Сэаль, она подробней расскажет про местных охотников на демонов…вот побьешь господина Рателя, и сразу завоюешь всеобщее уважение. Он крепкий боец.
-Она на него сядет, и раздавит просто - усмехнулся один из матросов.
-Хотел бы я, чтобы она на меня села - пробормотал другой.
Капитан зыркнула на них очень злобно. Дихотомия отношений к скромной персоне Сгаты в команде пиратов была целиком представлена в словах этих двух, и показывала, что драки и секс и в Медиасе безраздельно возглавляли список демонских увлечений, а по сути были двумя частями одного и того же, как жизнь и смерть.
Шалгеззаар
Проводники не заметили тост Шалгеззаара. Или не пожелали замечать. Вообще, оба стали ужасно молчаливыми и отрешенными, будто до этого за пустым трепом, нытьем, препирательствами и шутками прятали свою скорбь. А теперь, когда она вышла на свет, прятать стало нечего, и в болтовне исчез всякий смысл.
Али в ответ на слова Зара только тяжко вздохнул
-И превратил бы тебя дэв в дерево, о мудрый мой друг. Ибо злонамеренность сих тварей безмерна... Но я понял, что ты пытаешься донести до меня. Будем же уповать, что удастся остаться в стороне этого сущеглупого конфликта, и волей Золотого Ящера все это кончится если не без убытков, то хотя бы сохранением наших жизней.
Узнав, что Зар теперь командует целым отрядом тяжелых джаккайских пехотинцев, южанин немного приободрился, а вид кошелька Стомпа, который они принесли, и вовсе привел его в благодушное расположение духа.
-Я надеюсь, что теперь, когда ты обрел богатство и достаток, ты сможешь посмотреть на мои товары и приобрести то, что посчитает нужным. А может даже мы могли бы соединить наши капиталы, чтобы увеличить и приумножить прибыль, став товарищами не только по дороге, но и по общему делу во славу Золотого Ящера...
Серый же ящер, вернувшись в шатер на горбе голема, нашел его в том же состоянии, что и оставил. Все тот же запах специй (обычных или магических?), множество тюков и ковров, и федаин, полностью отрешенный от мира в своей медитации. И еще - одна из жен Али с тряпкой и метлой в руках.
-О муж мой - произнесла женщина со странным акцентом, в котором при общей правильности произнесенных слов они, тем не менее, были едва понятны - я убрала и вернула на свои места все твои обереги и талисманы, но не смогла найти среди них драгоценного ключа Иш, что усиливает защитные чары и отгоняет вечноголодных гулей пустыни...
Торговец озадаченно приподнял бровь, оглядывая свои ковры, будто надеясь, что ключ лежит там, слившись с сюрреалистическими узорами. Затем в глазах его отразилось осознание и страх, сменившиеся лютой злобой. Вцепившись в бороду, дервиш вырвал из нее клок, издав крик, которому бы позавидовали даже вечноголодные гули пустыни.
-Нет мощи и силы кроме как у Золотого Ящера, высокого и великого!!! Что за злой рок, что за адская воля и проклятья тысячелетних ведьм и духов заставила меня пустить под свой кров этого сына обезьяны и осла, эту зловонную отрыжку султана воров Маслина Хитрого Когтя! Да будут его дни короткими и полными несчастий и сожалений! Пусть выпадет его шерсть, а в глазах отложат свои яйца мухи Уэ-уэ! Пусть его пищей будет только дерьмо верблюда, а питьем - молоко гадюк! Пусть он лишиться самого дорого, и прольет об этом слезы столь же горькие, как самая из разрушительных кислот гильдии огненных специй!!! Пусть равнодушные ветры унесут его душу далеко от родных земель, и затеряется она в малярийных болотах Джунглей Дорфура!!! Пусть его обратят в раба короли Залива Оков, и заставят не разгибая спины трудиться на расчистке Дебрей!!! Да не увидит он снов хороших, и только кошмарные и огорчительные видения пусть преследуют его до окончания века! Пусть его гробницу разграбят воры, и продадут тело ведьмам и гулям, которые совершат с ним великие непотребства и ужасное глумление! Пусть его нос станет размером с баклажан, и да поселится в нем карлик, что разносит болезни, отчего поразят его тысячи хворей и недугов, и он будет истекать гноем из нарывов и бубонов, и даже Золотой Ящер не сможет исцелить его во веки веков...!
Жена Али тоже запричитала, на их крики прибежали остальные жены, кроме МуфРа, и от этой какофонии у Зара зазвенело в ушах. Еще немного, и он бы рисковал потерей слуха, но южанин вдруг резко взмахнул рукой, обрывая крики.
-Кыш, кыш, оставьте меня, мне надо подумать и решить, как отомстить этому негодяю!
Женщины тут же прекратили вопить, и гуськом двинулись к лестнице, по которой забрались на второй этаж шатра. Али уселся на подушки, сложив ноги кренделем, и подпер щеки руками, погрузившись в зловещие раздумья.
-Мне этот джаккай тоже не понравился - мрачно заметила Клео - какой-то нехаризматичный.
-Корь про него много плохого рассказала. - протянул Корве - хорошо, что я не его выбрал.
-Да, повезло - кивнула большая черепаха.
-Он подарил мне Искры - возгласил наконец толстяк - но теперь я уверен, что они фальшивые, или еще хуже, ворованные. В жизни не встречал такого негодяя!!! Как только достигну Искрастеня, отдам их сатрапу фактории, и поведаю эту историю! Может, он вернет их Старейшинам, и те станут лучше относится к скромным слугам Златочешуйчатого Бога.
Али горестно всплеснул руками, вскочил, и вдруг закружился на месте. Зрелище было странное: опустив одну руку к земле и подняв другую к небесам, южанин вращался, вращался, вращался, все быстрей и быстрей, полы его одеяния метались, как крылья, и Шалгеззаару показалось, что толстяк сейчас оторвется от земли, взлетит, проломит потолок, прорвет полог второго этажа и унесется прямиком в Рай. Или проточит сапогами дырку пола и провалится в Ад. Было в движениях Али что-то гипнотическое, и голова демона слегка закружилась тоже, став частью этого странного танца. Но все же он приметил взгляд черной огневки - впервые она выплыла из созерцания своего Я, и смотрела на дервиша с уважением и даже почтением.
Оборвался обряд так же неожиданно, как и начался. Торговец упал на подушки, тяжело отдуваясь.
-Золотой Ящер подсказал мне путь. Я - просто пыль летящая через бесконечность Лай Шай вселенной, и моя обида столь же незначительна. Грехом было бы поддаваться гневу... Я должен простить, и молить Последнего Судью простить грех этого злого джаккая...
Смуглое лицо стало возвышенным и отрешенным. Но затем злость вернулась на него, исказив черты и сделав их грубыми и неприятными
-Однако! В моем лице этот безумец оскорбил и мой орден. И этого прощать уже нельзя! Я не могу лично искать тот камень, под который забилось это отродье греха, и для этого воспользуюсь помощью Тариката Теней. Да! Так и сделаю. Этого хотел бы Золотой Ящер!
Вскочив, Али достал из-за тюков ларец из черного дерева. На крышке его было изображение Смерти, сжимающей весы в одной руке, и кривой меч в другой.
Опускается ночь, смертные засыпают, и в свете лун собираются в круг тени
Голос торговца был поистине потусторонним, когда он говорил эти слова, и по спине Шалгеззаара пробежала дрожь. Со скрипом крышка ларца открылась, и на шелковой подкладке крылатый увидел черную свечу, короткий серебряный нож, тростниковое каллиграфическое перо-калям и колоду карт.
Достав эти предметы дрожащей рукой, торговец положил их перед собой, и тяжело вздохнул.
-Много лет назад общины магов-убийц, обитавших на землях, что станут позже Люксаром, объяснились под властью бессмертного Хызра в единый Тарикат Теней, который с тех пор безраздельно стал править ночью, принося смерть своим жертвам где бы они не находились. От них нет спасения никому, но цена, которую они берут за свои услуги, поистине высока...
Торговец начал медленно раскладывать карты, на каждой из которых было изображение небольшой сценки, нарисованной с дивным мастерством.
-Ласковые убийцы, которые приносят смерть путем удушения, чтобы не проливать крови... Повара Иблиса, что способны создать любой яд, тот, что убивает мгновенно и тот, что подтачивает здоровье долгие годы... Инферналиты, хозяева очищающего пламени, готовые предать огню целое селение с сотнями людей, дабы убить лишь одного... Мараски, что умеют маскироваться под кого угодно, создавая бесконечные слои иллюзии и миражей, в лабиринтах которых человек может проплутать вечно, лишившись разума... Кошмарные Танатосы, умеющие проникать в сон... Пронзенные Сердца, среди которых самые прекрасные женщины и мужчины, мастера танца и соблазнения, влюбляющие в себя жертв лишь затем, чтобы в миг величайшего наслаждения нанести удар кинжалом... Чернокожие бокоры из Дорфура, они могут лишать свои жертвы души, которую прячут в сушеные тыквы, превращая несчастных в покорных слуг-нзамби, участь, что хуже смерти... Пастухи Тварей, чьи прирученные звери могут разорвать и сожрать цель, пробившись через любую стражу, а могут пробраться к ней тихо и незаметно, принеся гибель пугающим образом... Ар-Ракыыбу, плетущие планы внутри планов, способные довести цель до самоубийства…
Изображения на картах казались далекими от вещей, которые перечислял дервиш. На первой была нарисована женщина, обнимавшая младенца, на второй - владыка в богатых одеждах на пиру, на третьем - костер, на четвертом - человек на улицах шумного города... Спокойные, умиротворяющие картины... Но стоило присмотреться, как в них можно было заметить нечто пугающее. Рука женщины на горле ребенка, так, будто она его душит, а не обнимает, богатый владыка на пиру смертельно бледен, и кувшин в его пальцах вот вот выпадет, в костре - черные фигурки, корчащиеся в муках, шумный город полон теней, а жители его под плащами скрывают щупальца, лишние руки, пасти и другие уродства... И так с каждой картой.
-Заразные Доктора, которые способны заразить неизлечимыми болезнями, Баани Машая, которые делают убийц-големов, Крохотные Друзья, из фей Оазисов, способные пролезть в любую щель и перерезать горло своими крошечными ножиками...
-Что? - встрепенулся Корве. Но тат же выкинул услышанное из головы, вновь уйдя в свою меланхолию
-...поистине, Тарикат Теней всегда был могучей силой, способной внушать ужас даже сильным мира сего. А после открытия Специй Стихий их возможности в принесении смерти стали поистине безграничными... Это пугает меня. Я прощаю этого джаккая... Не хочу выбирать...
Карты, образовавшие круг вокруг черной свечи, были собраны в колоду.
-Но орден не прощает. Пусть его смерть выберет Судьба Глупца.
На тридцать третьей карте был изображен человек в ярких одеждах, занятий тем же, чем был занят Али сейчас - раскладыванием карт. На центральной карте его пасьянса можно было, присмотревшись, разглядеть такую же сцену - человек раскладывает карты... И если очень постараться, можно было увидеть что у этого крошечного человека на центральной карте... Нет, для этого уже нужно было увеличительное стекло.
Взяв калям, торговец проткнул себе палец, и начал писать на обратной стороне карты, девственно белой:
-Джаккай Хору, Нирвен. За зло причиненное дервишам почтенного ордена Таджири, Да будет воля Атанатоса Хызра, шейха Тариката Теней, над ним...
-Шал! Спаси меня, они меня истязают!!!
Голос Мертсигер заставил дервиша дрогнуть, и выронить карту. Он смахнул выступившей на лбу пот, кивнув демону
-Не обращай на эту верблюжью колючку внимания, друг мой. Просто изуверы Карнака с малого возраста начинают готовиться к превращению в живых мумий, и поэтому мало едят. Накормить девчонку - пытка для нас, а не для нее...
-Хору мудак, но он избранный. Так что нельзя на него натравливать ассасинов - заявила Клео, воспользовавшись паузой.
-Мне плевать на этого неприятного джаккая, будь он хоть трижды избранным... Но с ним Корь, не хочу, чтоб ей пришлось отбиваться от убийц - высказал свою позицию Корве - так что, Шал... Нужно остановить люксарца.
-И забрать эти вонючие карты, и все их выкинуть в гальюн. Мерзкий артефакт злодейской магии, е мое!
-Что ж, надеюсь, эмиссары Тариката уже обосновались в фактории... Они следуют за нами, как стервятники Горькой Степи за волочащимся войском... Правда, они куда полезней.
Али уже собрался вернуться к ритуалу, но тут сверху высунулась одна из жен
-О муж мой, МуфРа спрашивает, куда ей направить колосса? И еще, у меня тут немного бинтов, лечебных трав и горячей воды, было бы не лишне помочь виверне нашего гостя...
-Да прекратите вы мне мешать! - разозлился дервиш - я повергаю темный гнев на голову оскорбившего нас вора!
-Подать еды и вина, когда закончишь, о муж мой?
-Да. Но не надо вина, это оскорбление для достопочтенного Шала. Он от вина может взорваться...
-А от чая?
-Что?! Нет, конечно!
-А от какао?
-Нет, о глупейшая из жен!! Принеси чаю и кофе из Дорфура, а так же халвы, рахат-лукума, засахаренного арахиса и всего прочего, чтобы скрасить эту кошмарную ночь.
Золотой Ящер свидетель, она обещает быть бесконечно долгой...
Поделиться2402026-01-18 21:34:47
Корь легко различила на физиономии джаккая озлобленное негодование, когда Хору перевернул Тихоню и порвал одежду на её спине, обнажая рану. С её стороны было легко считать, что Пушок оценил мастерство её работы.
- Блядство — тихо прошептал волшебник - Рана ниже спины. Почки…
Опытный потребитель лечебных зелий знал что эта рана была не только смертельной, но и невероятно болезненной. Не загляни он мысли Тихони, он бы не взял в тол, почему это маленькое существо не разрывает свое горло, сообщая всему подземелью о своей агонии. Некоторые животные просто не кричат от боли.
«Нет Сердце. Панацея уже доставляет неудобства. Не хватало иметь при себе еще одну силу с мерзким условием… Ну, же думай. Реагенты? Нет, долго. Феро? Она не целитель? Кальвин? Придется просить Корь, а она...» Хору снова приоткрыл третий глаз, и вид рыжей джаккайки не был особо многообещающим, не говоря о том, что Кальвин мог быть занят схваткой с тем огромным человеком…
И тут новое око Хору заметила того, о ком он совсем забыл, того кто прятался в тенях, но его глазу был вполне виден даже без света пылающего ангельского оружия, что лежало рядом.
- Раска выходи, здесь безопасно! Нужно лечебное зелье! Некогда торговаться! ЖИВЕЕ! -Яростно рявкнул Хору, и вторя его напряжению, пламя на ангельском оружии вспыхнуло ярче, чувствуя как в адреналине ощущаются отголоски ярости Феро ко всем детям Синдела, которое Хору мог легко разделить, не приемля промедления. Возможно из за присутствия ангельского оружия и "Кометы Ярости" в самом джаккае, крик в сторону демона звучал страшнее, чем думал Хору.
У таких хорошо подготовленных авантюристов точно должно быть несколько склянок.
Получив зелье, Хору напряжет свой третий глаз.
«Сердце, я пока не буду менять природу искры, но я разделю с этой джаккайкой боль, что бы заставить Панацею работать»
- Слушай меня Тай. Будет еще больнее, но ты не должна дергаться. Зажми это зубами — и Хору сунул маленькой джаккайке в рот арбалетный болт, прижав ей осабевшую челюсть. То же самое Хору проделал и с собой, ожидая болезненных, но в пределах своего больного опыта ощущений, но делать он это собрался лишь после самой операции.
Прижав Тихоню к земле, что бы та не вырвалась, Хору ловко зажал двумя пальцами обожженный в ангельском пламени нож, открывая рану, а указательным и большим, зажал склянку с драгоценным зельем, выливая волшебную смесь прямо по лезвию в основание страшной раны. Подобным ему приходилось заниматься, хотя со своими, пусть и весьма посредственными эликсирами, Хору расставался весьма неохотно. Да и просить о помощи его не любили, и делали это только в крайнем случае. Не редко, когда он уже не мог помочь.
Хору не знал, каков успех его операции. Сносное зелье творило чудеса, если его правильно использовать. И пока оно доходило до раны оральным путем, Тай бы наверное потеряла бы еще больше крови и просто погибла. А так, у неё были какие то шансы. Жизнь девчонки, и то на сколько быстро она поднимется на ноги зависела от силы зелья. В силах Хору было лишь максимально быстро и качественно доставить его до раны.
