не-Мавуро
Жуткий перфоманс Ингер произвел ровно то впечатление, которого мог ожидать не-Мавуро – он всех напугал. Даже хозяйка брезгливо поморщилась, и отстранилась от гнусной парочки.
-Злобная магия, чернокнижник ебучий. Чтоб вы провалились – сплюнул сквозь зубы командир наемников, и не убирая с плеча обнаженного меча положил другую руку на серебряный кинжал на поясе. Вряд ли он помог бы против темной магии, если, конечно, не был освящен ангелами… Что было вполне возможно.
-Что вы, что вы! Не нужно, чтобы они проваливались. Это же очень интересно. – подал голос со своего облака колдун, и заболтал ногами одетыми в теплые туфли с длинными загнутыми концами – думается мне, в этом гротескном сосуде заключена страдающая душа. Либо, велика и такая вероятность, это никто иной, как Ард-Гелирский Нющий Брауни. Очень загадочный криптид! Говорят, он обитает в заброшенных домах и постоянно плачет по потерянным семьям, что жили в них давным-давно.
-Спустились бы и осмотрели его поближе, чтобы сказать точно, господин Шоршерер – предложила хозяйка, задрав голову. Но господин Шоршерер в ответ только насмешливо потряс бородой
-Ну уж нет, я дожил до своих лет именно потому, что соблюдал дистанцию между собой, и подобными диковинками. Чего и вам советую, хм. Таково мое, если можно так выразиться, экспертное мнение. Не так ли? Так.
-Я не боюсь, но я не хочу беспокоить своих гостей. Ноющий брауни должен остаться снаружи… И под замком. Это мое последнее слово. – в серых глазах хозяйки блеснула сталь. Наемники, вооруженные люди из палаток, и даже дикари одобрительно загомонили.
-У меня как раз есть подходящее помещение! – обрадовался колдун. Взмахнув палочкой, он указал ей на свой шатер, и произнес невразумительное заклинание – скорей всего просто для того, чтобы поддержать свой образ книжного колдуна, потому что не-Мавуро ощутил только простейшую магию воздуха, которая никаких «абракадабр» не требовала. Так или иначе, из шатра выползла средних размеров клетка, накрытая покрывалом.
-Подойдет – кивнула хозяйка, и обратилась к не-Мавуро – если хочешь войти, оставь свою… Спутницу… Тут. Все с ней будет в порядке, не беспокойся. Господин Шоршерер с ней ничего не сделает, а если сделает, я ему бороду оторву
-Как жестокосердно! – обиделся колдун – я лишь предлагаю помощь!
-Если вас это не устраивает, можете проваливать. Я этого ноющего брауни под своими стенами не потерплю.
Если бы Ингер могла, она бы разрыдалась снова. Шаманка сумела хотя бы разглядеть в ней Ворса, а хозяйка гостиницы посчитала ее просто чудовищем. Малефик в ней требовал заставить страдать всех вокруг, как страдает она – и будет даже хорошо, если она умрет во время этой попытки.
Раб Стужи желал того же самого - только в масштабах всего мира.
И только остаток души Ингер готов был отправиться в клетку и ради тени надежды на излечение.
Но никто из этих трех ничего не решал.
Хору
-Ну и что, по-твоему, я должна делать, Каргов? - Корь тоскливо посмотрела вверх, будто Каргов сидел на потолке пещеры - он же просто слабоумный самоубийца! И если я приму все стрелы и камни вместо него на лицо, лучше он не станет! Найдет себе огромную мясорубку и прыгнет в нее. Или будет бегать во время грозы с металлическим прутом. Или обожрется мухоморами. Или попытается трахнуть бешеного мамонта. Или подставит свой дырявый зад бешеному мамонту. Или… дерьмо. Запомни, старик. Я оказываю тебе услугу с феей кукол. Он ведь загубит не только себя, но и остальных… Потом спасибо скажешь, понял?!
-Ты совсем тупой... - в тон Кори заявила Фера, но тут же оборвала себя - извини. Просто здешняя обстановка невероятно нервирует. Видеть этих тварей, пытающихся имитировать разумное сообщество… Невыносимо. Прошу прощения за свои слова, медиец.
Ангел не могла уподобляться Рыжей, будучи полностью зависимой от Хору. Но действия Лохматого явно раздражали ее не меньше, чем наглые демлюди, осмелившиеся пародировать разумных.
-Послушай, эти древние заклинания - не абсолютное оружие. А врагов слишком много. К тому же, ты ранен и истощен… - голос ангела стал куда менее суровым. Почти теплым.
-Вступать в бой сейчас - полнейшее безумие. Может ты и убьешь часть этих тварей, но и сам точно погибнешь с очень большой долей вероятности. Рисковать собой - твое право, я не хочу покушаться на него. Но Я хочу жить… Существовать. Неважно, как назвать мое состояние… У меня много дел в этом подземелье. Твоя провокация неразумна и погубит нас обоих… Конечно, вам, медийцам, хорошо. После смерти попадаете в рай или ад, а потом можете даже переродиться… для нас же нет подобной роскоши.
-А может он хочет в Ад… чтобы посты ему одному писали… - пробубнила Корь
Но волнение ангела было напрасно. Клипот не бросились всей толпой на джаккая, как тот мечтал. Вожаки только глянули на Хору со смесью отвращения и пренебрежения. Кабан насмешливо хрюкнул, покачав непропорционально огромной уродливой башкой
-Ничего ты не понимаешь, ничтожный наверхник. Теперь это просто мертвое мясо, а не наш вождь. Ты победил в бою на арене и можешь пожрать его… если не подавишься. Или скормить своей лошади… что угодно. Не думай, что можешь повлиять на наше решение. Стой и жди своей участи, козявка.
-Он нас провоцирует - пробормотал Жуть, с подозрением поглядев на Хору гноящимися глазами - он что, идиот?
-Именно - кивнула Корь - фантастический идиот. Король всех идиотов, их бог и душа.
Джаккайка уныло вздохнула. Оскорбления Лохматого уже давно перестали радовать ее. Только мысль о том, ЧТО с ним с делает фея кукол, немного утешала. Все остальное был прах, не способный загасить даже крохотную искру ее беспредельной ненависти.
-Он такой сильный маг, что думает победить нас всех? Скажи, Жуть, ты лучше в этом разбираешься. - кабан оскалил полную клыков пасть.
-Он не кажется мне сильным магом. И вообще магом. Он кажется мне тупым слабаком, раненым и истощенным… дело не в нем.
-В этой ублюдской лошади?
-Нет. Тоже нет… это арена. Мой дед рассказывал, а ему его дед… Что большого количества ангельской стражи здесь никогда не было нужно. С арены не убежать… Древняя смертоносная магия, быть может? Да, это объяснило бы нелепую гибель Топтуна.
Старик был умнее своих сородичей. Он не только распознал провокацию Хору, но и понял, на что джаккай рассчитывает. И даже вспомнил то, о чем ныне живущие клипот давно забыли.
-Но как… и откуда он об этом узнал?! - разбрызгивая слюну кабан в дикой ярости замотал головой
-Он связан с ангелами. С Импиреем. Возможно, он их шпион, курьер или наемный убийца… Может быть, Сирин послала его, чтобы избавиться от Топтуна.
-Тогда прикончим его! Не о чем больше спорить! Да, смерть!!!
-Ты дурак, Рыло, и никогда не будешь хорошим вождем. Отойдем. Надо поговорить. Наедине.
Кабан разозлился, но старик схватил его за плечо длинными белыми когтистыми пальцами, и потащил прочь, взмахом крыла отдав приказ своему приближенному, высоченному бледному уроду с одним единственным крылом, и мордой покрытой безумным хаосом наростов и бугров, в которых терялась пасть и глаза.
Вожаки исчезли в ближайшем проходе, а оставшиеся рассредоточились, занимая более удобные позиции.
Корь устало промолчала. Фера тоже. Нора, обуреваемая любопытством, последовала за кабаном и старым нетопырем. Тунец же ничего делать не стала. Зато Хору вдруг понял, что именно она хотела сделать - похоже, роль Топтуна показалась лису-играющему-с-трупами более интересной, чем роль коня джаккая. Просто сейчас было слишком много зрителей, чтобы сделать новую игру по настоящему интересной.
Шалгеззаар и прочие
Мерт совсем приуныла. Она заметила, как слова Зара утешили умирающую. Но это ОНА должна была делать, а не он. Но нельзя же врать?! Даже умирающему… Подобное поведение жрецы ее пирамиды сочли бы мерзостью. Они утешали хороших людей, что боялись уходить, историями о справедливости Смерти и Рае, а грешников, которым грозил Ад, рассказами о перерождении и искуплении. Демоны обычно в утешении не нуждались, но никто и никогда не стал бы говорить им про Пустоту, где разумы будут сливаться. И что это за идея на счет того, что демоны созданы первыми после богов?!! Может, первыми были ангелы!!!
Но, так или иначе, Шалгеззаар успокоил Ирулен. А она - нет. Даже наоборот. А ведь это самое важное - не можешь исцелить, так хоть не навреди…
Еще девочка ощутила жестокие порывы чешуйчатого, и сомнений насчет того, почему тот злился, на этот раз не было никаких.
Она с большим трудом сдерживалась, пока тот не ушел… Чтобы в одиночестве залиться слезами. Почему она всегда все делает хуже?!
-Что это? – спросила Нерат, глядя на пустые флаконы и пузырьки из-под духов и бальзамов, чье содержимое было слито в медный котел украшенный пасторальными сценами адской жизни в круге Похоти.
-Суп – нагло ответила Мерт.
-Ты плохое дитя, злобное и глупое – ровно произнесла надсмотрщица - и тебя ждет Ад. Наверное, твой отец ужасно огорчен тем, что у него такая наследница. Ты совсем не в него пошла. Тебе стоило родиться в семье вольноотпущенников, чтобы твои родители били тебя каждый день, кормили помоями, а потом продали бы твое тело в бордель. Иного ты не заслуживаешь.
Тогда она только разозлилась. Тогда она плакала куда реже, чем сейчас. Но теперь ее отец мертв, люксарцы увезли ее в эту мертвую ледяную пустошь, а присматривает за ней демон, который с трудом сдерживается чтобы ее не придушить. И за что? За какой-то там суп…
Мерт тряхнула головой. Не за суп. Не стоит смешивать этих двух демонов. Нерат была лучше, потому что хотя бы не скрывала свои эмоции.
И еще девочка совсем ничего не почувствовала, убив Ирулен. Ни радости, ни скорби. Убивать, оказывается, очень просто и скучно. Почти тоже самое, что убить насекомое… Смешно. Ирулен же и была наполовину насекомым.
Жизнь кошмарна.
С этим утверждением полностью бы согласилась Белая, для которой жизнь была не просто кошмарна - она потеряла всякий смысл. Но покончить с ней она не могла, связанная злой волей фей. Вынырнув из своего темного омута, белая огляделась, но увидела только Мерт, которая тупо смотрела на окровавленный нож, роняя на него следы обиды. Это был выход…
-Чего тебе? - жрица с трудом оторвала взгляд мокрых глаз от клинка, глядя на хаос движений лапок существа. Разгадала девочка их быстро - коготки указывали на нож и на шею белой, на Мерт и на Ирулен. Последнее было лишним, но девочка поняла - та не желала жить после того, как подруга умерла. Ну и еще она была жутким монстром.
-Я бы на твоем месте тоже не хотела жить, став таким уродом - утешила волнующуюся бабочку жрица, вытерев рукавом слезы - я понимаю и не буду тебя отговаривать… Хотела бы я знать, кем ты была до этого.
Белая развела лапками и крыльями, став еще более несчастной.
-Если медийцпэам, то все в порядке. Эфенди Смерть посчитает твои грехи, и решит, что с тобой делать. Ты не из слуг Его, так что на привилегии надеяться нечего. Скорее всего тебя ждет Чистилище - трудно прожить жизнь будучи только черным или белым… Хотя ты, как раз таки, белая. Так что может и Рай…
Большой мотылек вновь указала на нож, в нетерпении сложив лапы в молитвенном жесте.
-Но если ты демон… или даже ангел… то это забвение. Небытие. Это правда, и я не могу врать, как Шал. Мы жрецы Смерти, мы знаем лучше. В этом преимущество медийцев, которых боги творили вместе - в нас есть и Свет и Тьма и душа и надежда на перерождение. А ангелы и демоны… Они несовершенны.
Кажется, ей снова не удалось утешить желающего уйти. Но в общем, бабочка держала себя в лапках, и готова была принять покой… “Покой”... это хорошее слово!
-Вы обретаете покой. Это награда от ваших богов за верную службу. Покой. Ни боли, ни страха, ни ожидания, ничего. Мир и покой. Конец боли, страстей, сомнениям. Куда лучше Ада, и даже Чистилища. Наверняка и Рай не так уж хорош, как мы думаем.
А это уже лучше. Белая серьезно кивнула. Похоже, она готова… Вот только Мерт готова не была. Одно дело убивать умирающую, безнадежно раненую и страдающую, и совсем другое - живую и здоровую. И некому уже направить ее руку… а если не справиться? Если ранит ее или изувечит?!
-Я попытаюсь. Но ты должна понять… Это трудно. Второй раз почти так же, как первый. И Шал мне больше не поможет. Думаю, он меня ненавидит как Нерат.
Странное существо покачало головой, и погладило сухой лапкой руку Мерт с ножом, как бы говоря: “нет, нет, от тебя не ненавидит. Он кажется добрым и милым демоном, он понимает, что ты всего лишь ребенок. А теперь убей меня, пожалуйста”.
Белая улеглась рядом с Ирулен, обняв ее сразу четырьмя лапками, и стала ждать, пока юная жрица соберется с силами.
***
Поблизости не было подходящего для сбора крови сосуда. Так что Зару пришлось двинуться к выбранному фургону. Клео упорно держалась на отдалении, развлекаясь надругательством над останками хитиновых тварей, а вот фей занял место на плече демона, довольный тем, что тот поддержал его
-Прости, я не хотел тебя обижать. Клео сама не понимает, что несет, я вовсе не лицемер и не эгоист. Просто иногда действительно сложно понять чужие эмоции. А ты… Ты к тому же демон, и похож на рептилию - а те ведь не славятся особой эмоциональностью. Надеюсь, тебя не оскорбляет такое сравнение… я не считаю тебя животным или кем-то вроде… Хотя я бы на твоем месте, конечно, обиделся…
Корве сконфуженно замер, запутавшись в словах и извинениях. Поняв, что лучший способ сменить тему, с воодушевлением произнес
-Раньше мы жили на старом, мертвом дереве. Оно росло у ограды кладбища, очень тихого, очень красивого… над каждой могилой были статуи ангелов, покрытых трещинами. Еще там были склепы. Их охраняли жуткие горгульи. В когтистых лапах они держали щиты и мечи… Гербы на щитах были самые разные - мне больше всего нравился один, с вороном и песочными часами, и девизом “никогда”. Летом их обвивал плющ… А осенью шли дожди, и все дорожки были в листве. Она шуршала на ветру, и я любил летать над ней и слушать этот звук - словно тысячу старых книг одновременно листают… Люди любили, когда мы присутствовали на похоронах. Это считалось хорошей приметой. Мы тоже любили похороны. Всегда плакали вместе с людьми, даже если не знали, кого хоронят. Но это не было лицемерием… Мы разделяли их грусть. От этого им становилось легче… Правда я не всегда мог заплакать. Тогда я еще не понимал, какое печальное место наш мир. Не поверишь, но в поселке нытиков я был белой вороной. Это было очень давно…
-Ха! - камега раздавила еще одного жука. Она услышала историю фея, и явно относилась к ней неодобрительно.
-Ты можешь хоть иногда говорить не о себе? О ком-то еще? О Заре? О нашем деле? Как можно быть таким эгоистом?!
-Я, по крайней мере, не напиваюсь, и не травлю морские байки часы напролет!!!
-По крайней мере мои байки интересные. - проворчала большая черепаха. На этом спор утих - и Зар вдруг понял, что они ссорятся по старой привычке, а не по-настоящему. Как сварливые муж с женой, прожившие рядом всю жизнь, знающие друг о друге абсолютно все, и давно утратившие любую остроту в отношениях.
У двери фургона Шалгеззаар увидел еще одного демона. Маленькая, со светло голубой шерстью, острой мордочкой и круглыми ушами. Рожки тоже маленькие, красные, чуть заметные, как и когти. На конце розового хвоста - тонкая костяная игла. Одета опрятно, на боку сумка с серебряной застежкой в виде кадуцея. Большая, жирная желтая личинка с человеческими пальцами вместо лапок, вцепилась ей человеческими зубами в хвост. Больше ран не было.
Обойдя ее, демон вошел в фургон у стены.
Похоже, этот фургон использовался как передвижной склад. Он был полон кухонной утвари, вязанок хвороста, лежанок, рыболовных снастей, связок вяленой рыбы и мяса, инструментов - плотницких, шахтерских и кузнечных, факелов, запасных колес и многого другого - все барахло и не перечислить. Сразу нашлась подходящая тара - несколько пустых бочонков и один полный со смолой, а еще десяток бурдюков с водой, развешанных на стене. Сделав шаг внутрь, Зар вдруг заметил деревянный ящик без верхней стенки, в котором лежало три меча, пара кинжалов и три колчана стрел, чуть прикрытые проклятой тканью. От одного взгляда на оружие в пасти возникло мерзкое чувство и заломило в висках. Оно будто излучало незримое сияние, тлетворное и ядовитое. Даже находиться с ними рядом было неприятно… И выглядели мечи и кинжалы под стать этим ощущениям - украшенные вязью мерзких символов, оскаленных черепов, с рукоятями в виде обнаженных тел со снятой кожей и без голов… Множество зазубрин на лезвиях, шипов и крючков - чтобы наносить как можно более болезненные раны. Корве озадаченно охнул, пытаясь понять, что он такое вообще перед собой видит - и не смог. Слишком эти вещи, на его взгляд, были противоречивыми. А вот для культурного демона, вроде Зара, они были однозначно и бескомпромиссно отвратительными.
И все тут.